Это не страшно.
Пусть стучат хоть до второго пришествия – не страшно.
Но вот этот глухой шум – его не слышишь, его скорей чувствуешь.
Неужели где-нибудь не хватает масла?
Неужели расплавился подшипник?
Господи, если это подшипник, что мы будем делать?
Деньги так и текут.
И как назло, вода в радиаторе прямо бурлит.
И ведь не на подъеме.
Сейчас посмотрим.
А черт! Ремень лопнул у вентилятора!
Возьми веревку, привяжи как-нибудь.
Хватит – концы я свяжу.
Теперь медленно, совсем медленно, пока не доберемся до города.
Веревка долго не продержится.
Только бы этот гроб не рассыпался по дороге, довез бы нас до Калифорнии, где растут апельсины. Только бы добраться туда.
А покрышки – протектор совсем износился.
Не налети мы на камень, можно было бы выжать еще сто миль.
Лишняя сотня миль или спущенная камера – что лучше?
Что?
Конечно лишняя сотня миль.
Ну, не знаю, это еще неизвестно.
Заплаты у нас есть.
Может, совсем немножко спустит?
А что, если сделать манжету?
Еще миль пятьсот выжмем.
Поехали; когда лопнет, тогда и лопнет.
Надо бы купить покрышку, да ведь сколько они запрашивают, даже за старую.
Оглядывают с головы до ног.
Знают, что человеку нельзя задерживаться.
Знают, что ждать он не может.
И цена ползет вверх.
Не хотите, не надо.
Я здесь не здоровье поправляю, а торгую покрышками.
Дарить ничего не собираюсь.
Ваши дела меня не касаются.
Своих забот много.
А далеко до следующего города?
Я вчера насчитал сорок две машины вот с такими же пассажирами.
Откуда вы все взялись?
Куда вы едете?
Калифорния штат большой.
Не такой уж большой, как тебе кажется.
И вся Америка не такая уж большая.
Совсем не большая.
Мне, тебе, таким, как я, как ты, богатым, бедным, жулику и порядочному человеку – всем вместе нам тесно в одной стране.
Голодным и сытым тесно вместе.
Ехал бы ты лучше назад.
Мы живем в свободной стране.
Человек волен ехать, куда ему вздумается.