Колено при каждом шаге отзывалось острой болью, Джейн казалась слишком тяжелой ношей, но он все-таки добежал до последней ступеньки и среди кучи разобранных частей украденных ракет отыскал взглядом белый палладиевый цилиндр родомагнитного детонатора — оружие размером не больше кулачка младенца, но способное уничтожить целую планету.
Дрожа от нетерпения, доктор с опаской оглянулся назад — никто из стоявших внизу не попытался догнать его.
Может быть, они не догадались о его намерениях или их психофизические способности не могли причинить ему вреда.
Старик, Рут и Айронсмит молча наблюдали за ним.
На мгновение Форестер пожалел, что Рут тоже придется умереть.
Джейн вскрикнула: — Пожалуйста!
Не делайте этого!
Форестер не заметил появления какой-либо преграды в дверях, но некая сила внезапно преградила ему дорогу. Потеряв равновесие, он упал, успев удержать девочку, но больно ударившись головой о броню старого танка.
Некоторое время ученый просто лежал на полу, ослепленный болью и своим неожиданным провалом.
Джейн Картер стояла возле него на коленях и плакала.
Сначала он подумал, что она ударилась при падении, а потом почувствовал, что она пытается приподнять его окровавленную голову.
Доктор собрал последние силы и попытался подняться на ноги.
— Лучше подождите, Форестер. Подождите, пока система будет готова. — Раздался громкий голос старика.
Цепляясь за гребни на траках, доктор медленно приподнялся.
Он ощущал, как теплая кровь стекает по волосам, но попытался улыбнуться Джейн.
— Хорошая попытка. Почти получилось! — выдохнул он.
Стараясь приподняться выше, он почувствовал резкую боль и снова упал на пол.
Голос старика доносился откуда-то издалека, и Форестер еле слышал его: — Лежите спокойно, безумец.
Вам не кажется, что вы и так натворили уже много ошибок?
Форестер смутно видел, как старик поднялся по ступеням и вошел в музей — невидимое препятствие исчезло.
Доктор посмотрел вниз, ища глазами Рут и Айронсмита, но они исчезли.
Незнакомец произнес: — Они вернулись на Крыло IV.
Пока платиновая система работает в автоматическом режиме, существует комната управления, из которой можно остановить ее.
Комната закрыта для машин, обслуживающих систему и защищена от их проникновения.
Мы намерены держать там наблюдателей, и Айронсмит с Рут вернулись на свой пост.
Необходимая предосторожность, знаете ли, — ведь система столь же совершенна, как и та, что управляет гуманоидами.
Нельзя допустить ни малейшей ошибки.
Лежа на холодном стальном полу и не имея сил пошевелиться, Форестер молча ждал своей участи.
Струйка крови сбегала по его щеке, затекая под ворот пижамы.
Прощальным жестом доктор погладил Джейн по голове — все было позади.
Вердикт вынесен — виновен.
Приговор — смерть. Но какая изощренная казнь — сделать из него механическую куклу!
Форестер ожидал палача.
— Не беспокойтесь, доктор Форестер, эта машина однажды поймала меня — она не причиняет боли. — Джейн храбро пыталась улыбаться.
Старик искренне подтвердил: — Вы ничего не почувствуете.
Система исцелит ваше тело и душу, Форестер.
Я тоже хочу вам помочь, потому что когда-то разделял ваше теперешнее безумие. Я боролся с гуманоидами и даже пытался изменить Основную Директиву. — Морщинистое лицо старика выражало доброту и жалость.
Доктор присмотрелся к нему и слабо произнес:
— Кто вы?
— Меня зовут Мэнсфилд.
Уоррен Мэнсфилд.
Глава двадцать девятая
От удивления Форестер даже попытался сесть, но усталость и боль вынудили его прислониться к почерневшей броне танка.
До доктора не сразу дошел смысл услышанного. Растерянное недоумение отразились на его искаженном болью лице.
— Мэнсфилд? Ваш однофамилец создал гуманоидов. — Устало пробормотал он.
Высокий незнакомец кивнул. — Я и есть тот самый Мэнсфилд.
Я хотел спасти людей от самих себя, написал условия Основной Директивы и заложил их в систему реле, защитив ее от изменений. Мои попытки внести в нее изменения были ошибочны, но я понял это слишком поздно.
Позади творца гуманоидов Форестер заметил прозрачный ящик и маленький серебристый цилиндр внутри него.
Он снова попытался подняться, но в который раз упал на пол.
— Не я один ошибался.