Я слышал о нем от своего поставщика — от Снегсби, что имеет лавку в Куке-Корте.
Поскольку никто здесь ничего не знает об умершем, следует послать за Снегсби.
А, это вы? — обращается он к полоумной старушке, которую часто видел в суде и которая сама часто видела его в суде, а теперь, перепуганная до того, что потеряла дар речи, мимикой предлагает пойти за торговцем канцелярскими принадлежностями.
— Сходите-ка вы за ним!
В ее отсутствие врач, прекратив бесплодное исследование, покрывает тело лоскутным одеялом.
Он обменивается несколькими словами с мистером Круком.
Мистер Талкингхорн не говорит ничего, но не отходит от старого чемодана.
Мистер Снегсби быстро прибегает, не успев даже снять серый сюртук и черные нарукавники.
— Боже мой, боже мой, — лепечет он, — надо же было до этого дойти, а?
Подумать только!
— Вы можете дать хозяину дома какие-нибудь сведения об этом несчастном, Снегсби? — спрашивает мистер Талкингхорн.
— Он, кажется, остался должен за квартиру.
И его, разумеется, нужно похоронить.
— Но, сэр, — отзывается мистер Снегсби, покашливая в руку с извиняющимся видом.
— Я, право, не знаю, что посоветовать… вот разве только послать за приходским надзирателем.
— Не в советах дело, — говорит мистер Талкингхорн.
— Совет мог бы дать и я…
— Конечно, сэр, кому и советовать, как не вам, — вставляет мистер Снегсби, покашливая почтительно.
— Дело в том, что вы, может быть, знаете что-нибудь о его родных, или о том, откуда он прибыл, или вообще о чем-нибудь таком, что имеет к нему отношение.
— Уверяю вас, сэр, — отвечает мистер Снегсби, умоляюще кашлянув, — о том, откуда он прибыл, я знаю не больше, чем о том…
— Куда он отбыл, — подсказывает врач, приходя ему на помощь.
Молчание.
Мистер Талкингхорн смотрит на торговца.
Мистер Крук, разинув рот, ожидает, чтобы кто-нибудь заговорил опять.
— А насчет его родных, сэр, — говорит мистер Снегсби, — то скажи мне кто-нибудь:
«Снегсби, вот двадцать тысяч фунтов лежат для вас наготове в Английском банке, назовите только хоть одного его родственника» — и я не мог бы назвать ни одного, сэр!
Года полтора назад, помнится, как раз в то время, когда он снял комнату здесь, у старьевщика…
— В это самое время, — подтверждает Крук, кивнув головой.
— Года полтора назад, — продолжает мистер Снегсби, ободренный поддержкой, — он пришел к нам как-то раз утром, после первого завтрака, застал мою крошечку (это я так называю миссис Снегсби) в лавке, показал ей образец своего почерка и объяснил, что ищет работы по переписке и, говоря напрямик, — излюбленное выражение мистера Снегсби, которое он всегда произносит с какой-то убедительной искренностью, как бы извиняясь за свою прямоту, — говоря напрямик, признался, что очень нуждается.
Моя женушка вообще недолюбливает незнакомцев, особенно, говоря напрямик, если им что-нибудь нужно.
Но этот человек ее почему-то растрогал, — то ли потому, что он давно не брился, то ли потому, что волосы у него были растрепаны, или еще по каким-нибудь там дамским соображениям, — не знаю, судите сами, — но так или иначе, она взяла у него и образец почерка и адрес.
Моя женушка плохо запоминает фамилии, — продолжает мистер Снегсби, снисходительно кашлянув в руку, — он сказал, что его зовут Немо, а она не расслышала и подумала, что Нимродом.
И вот с тех пор все, бывало, твердит мне за обедом и завтраком:
«Снегсби, что ж это ты еще не нашел работы для Нимрода!» или:
«Снегсби, почему ты не дал Нимроду переписывать эти тридцать восемь полулистов из дела Джарндисов?» — и тому подобное.
Ну вот, так он и начал мало-помалу выполнять сдельную работу для нас, и это все, что я о нем знаю, кроме того, что работал он быстро и не отказывался от ночной работы, так что если, бывало, сдашь ему, скажем, сорок пять полулистов в среду вечером, так он принесет их в четверг утром.
И все это, — заключает мистер Снегсби, почтительно указывая цилиндром на койку, — мой уважаемый знакомый, несомненно, подтвердил бы, если бы мог.
— Надо бы вам посмотреть, — обращается мистер Талкингхорн к Круку, — не осталось ли после него каких-нибудь бумаг; может быть, вам удастся что-нибудь узнать из них.
О его смерти произведут дознание, и вас будут допрашивать.
Вы грамотный?
— Нет, неграмотный, — отвечает старик и вдруг усмехается.
— Снегсби, — говорит мистер Талкингхорн, — осмотрите комнату вместо него.
А не то он может попасть в беду, нажить себе неприятность.
Я подожду, раз уж я здесь, — только не мешкайте, — а потом засвидетельствую, если потребуется, что обыск был произведен правильно, законным образом.
Посветите мистеру Снегсби, любезный, а он быстро узнает, нет ли здесь чего-нибудь такого, что могло бы вам помочь.
— Во-первых, тут имеется старый чемодан, сэр, — говорит Снегсби.
А, верно, чемодан!
Мистер Талкингхорн как будто не замечал его раньше, хотя стоит совсем рядом, а в каморке почти ничего больше нет.
Старьевщик держит свечу, торговец производит обыск.
Врач прислонился к углу камина, мисс Флайт, трепеща, выглядывает из-за двери.