Федор Михайлович Достоевский Во весь экран Идиот (1869)

Приостановить аудио

- Как под стул?

Не может быть, ведь вы же мне говорили, что во всех углах обыскивали; как же вы в этом самом главном месте просмотрели?

- То-то и есть, что смотрел-с!

Слишком, слишком хорошо помню, что смотрел-с!

На карачках ползал, щупал на этом месте руками, отставив стул, собственным глазам своим не веруя: и вижу, что нет ничего, пустое и гладкое место, вот как моя ладонь-с, а все-таки продолжаю щупать.

Подобное малодушие-с всегда повторяется с человеком, когда уж очень хочется отыскать… при значительных и печальных пропажах-с: и видит, что нет ничего, место пустое, а все-таки раз пятнадцать в него заглянет.

- Да, положим; только как же это однако?..

Я все не понимаю, - бормотал князь, сбитый с толку, - прежде, вы говорили, тут не было, и вы на этом месте искали, а тут вдруг очутилось?

- А тут вдруг и очутилось-с.

Князь странно посмотрел на Лебедева.

- А генерал? - вдруг спросил он.

- То-есть что же-с, генерал-с? - не понял опять Лебедев.

- Ах, боже мой!

Я спрашиваю, что сказал генерал, когда вы отыскали под стулом бумажник?

Ведь вы же вместе прежде отыскивали.

- Прежде вместе-с.

Но в этот раз я, признаюсь, промолчал-с и предпочел не объявлять ему, что бумажник уже отыскан мною, наедине.

- По…почему же?..

А деньги целы?

- Я раскрывал бумажник; все целы, до единого даже рубля-с.

- Хоть бы мне-то пришли сказать, - задумчиво заметил князь.

- Побоялся лично обеспокоить, князь, при ваших личных и, может быть, чрезвычайных, так сказать, впечатлениях; а кроме того, я и сам-то-с принял вид, что как бы и не находил ничего.

Бумажник развернул, осмотрел, потом закрыл да и опять под стул положил.

- Да для чего же?

- Т-так-с; из дальнейшего любопытства-с, - хихикнул вдруг Лебедев, потирая руки.

Так он и теперь там лежит, с третьего дня?

- О, нет-с; полежал только сутки.

Я, видите ли, отчасти хотел, чтоб и генерал отыскал-с.

Потому что если я наконец нашел, так почему же и генералу не заметить предмет, так сказать бросающийся в глаза, торчащий из-под стула.

Я несколько раз поднимал этот стул и переставлял, так что бумажник уже совсем на виду оказывался, но генерал никак не замечал, и так продолжалось целые сутки.

Очень уж он, видно, рассеян теперь, и не разберешь; говорит, рассказывает, смеется, хохочет, а то вдруг ужасно на меня рассердится, не знаю почему-с.

Стали мы, наконец, выходить из комнаты, я дверь нарочно отпертою и оставляю; он таки поколебался, хотел что-то сказать, вероятно, за бумажник с такими деньгами испугался, но ужасно вдруг рассердился и ничего не сказал-с; двух шагов по улице не прошли, он меня бросил и ушел в другую сторону.

Вечером только в трактире сошлись.

- Но, наконец, вы все-таки взяли из-под стула бумажник?

- Нет-с; в ту же ночь он из-под стула пропал-с.

- Так где же он теперь-то?

- Да здесь-с, - засмеялся вдруг Лебедев, подымаясь во весь рост со стула и приятно смотря на князя, - очутился вдруг здесь, в поле собственного моего сюртука.

Вот, извольте сами посмотреть, ощупайте-с.

Действительно, в левой поле сюртука, прямо спереди, на самом виду, образовался как бы целый мешок, и на ощупь тотчас же можно было угадать, что тут кожаный бумажник, провалившийся туда из прорвавшегося кармана.

- Вынимал и смотрел-с, все цело-с.

Опять опустил, и так со вчерашнего утра и хожу, в поле ношу, по ногам даже бьет.

- А вы и не примечаете?

- А я и не примечаю-с, хе-хе!

И представьте себе, многоуважаемый князь, - хотя предмет и не достоин такого особенного внимания вашего, всегда-то карманы у меня целехоньки, а тут вдруг в одну ночь такая дыра!

Стал высматривать любопытнее, как бы перочинным ножичком кто прорезал; невероятно почти-с.

- А… генерал?

- Целый день сердился, и вчера, и сегодня; ужасно недоволен-с; то радостен и вакхичен даже до льстивости, то чувствителен даже до слез, а то вдруг рассердится, да так, что я даже и струшу-с, ей богу-с; я, князь, все-таки человек не военный-с.

Вчера в трактире сидим, а у меня как бы невзначай пола выставилась на самый вид, гора горой; косится он, сердится.

Прямо в глаза он мне теперь давно уже не глядит-с, разве когда уж очень хмелен или расчувствуется; но вчера раза два так поглядел, что просто мороз по спине прошел.

Я, впрочем, завтра намерен бумажник найти, а до завтра еще с ним вечерок погуляю.