— А как же вам это удалось?
— Я подросла, для того чтобы вам понравиться.
— Ну, если уж вы можете такое, значит вы можете все на свете.
— Я действительно готова сделать все на свете.
— Готовы?
— Честное слово!
— Раз так, то… — он вспомнил о своем намерении.
Однако, спохватившись, что вести с сэром Джулиусом серьезный разговор было бы нелепо, он умолк.
— Раз так, то что? — спросила она.
— Раз так, то вы храбрый молодой человек.
— Только-то всего?
— А вам этого недостаточно?
— Не совсем.
Вы собирались мне что-то сказать.
Я прочла это в вашем взгляде.
— Вы увидели, что я восхищен вами.
— Да. Но мужчина не должен восхищаться мужчиной.
— Вероятно, я все-таки в глубине души считаю, что вы женщина.
— Вот как! Это когда я подняла себе на полдюйма каблуки. — Сэр Джулиус повернул к нему каблук и разразился звонким смехом.
— И сейчас мне вам даже до плеча не достать, — сказала она и начала сравнивать их рост, глядя на него снизу вверх.
— Вам надо еще подрасти.
— Боюсь, что мне это не по силам, Дик!
Сапожники тут уже не помогут.
— А вот я сейчас покажу вам, как это сделать, — он без труда поднял сэра Джулиуса и поднес прелестного юношу к зеркалу так, что головы у них оказались на одном уровне.
— Ну как, сравнялись?
— Да!
Но я же ведь не могу так оставаться.
— Почему не можете?
— Почему не могу?
Ему надо было в эту минуту знать — это простучало где-то у него внутри в запертую наглухо дверь, — что он играет с огнем.
Но дверь оставалась запертой, и он подумал, что все между ними останется так, как было.
Взгляды их встретились.
Он тут же опустил ее на пол.
Как ни был обольстителен сэр Джулиус, он уже потерял для него свой интерес.
Заметив это, коварная женщина приняла свое прежнее обличье.
Память о сэре Джулиусе, все еще реявшая вокруг нее, только увеличила ее женскую притягательность.
— Мне надо было стать актрисой, — промолвила она.
Ричард сказал, что находит это желание естественным для каждой нормальной женщины.
— Да!
Ах, если бы это было так! — прошептала миссис Маунт и вздохнула, вглядываясь в узоры ковра.
Он взял ее руку и крепко ее сжал.
— А сейчас разве вы не счастливы?
— Нет.
— Можно мне кое-что вам сказать?
— Да.
Сидя с ним рядом и повернув к нему голову, она слушала все, что он говорил, слегка скосив в его сторону левый глаз.
И уже когда он ушел, она стала думать:
«Такие слова всегда говорят старые лицемеры; но я не знаю случая, чтобы произносящий их юноша при этом не добивался любви женщины, к которой все это обращено».
Следующая их встреча настроила ее на более спокойный лад; так бывает с людьми, которые вдруг над чем-то задумались.
Он расточал похвалы ее красоте.