Гвендолен.
Я помолвлена с мистером Уордингом, мама.
Они встают оба.
Леди Брэкнелл.
Извини, пожалуйста, но ты еще ни с кем не помолвлена.
Когда придет время, я или твой отец, если только здоровье ему позволит, сообщим тебе о твоей помолвке.
Помолвка для молодой девушки должна быть неожиданностью, приятной или неприятной - это уже другой вопрос.
И нельзя позволять молодой девушке решать такие вещи самостоятельно...
Теперь, мистер Уординг, я хочу задать вам несколько вопросов.
А ты, Гвендолен, подождешь меня внизу в карете.
Гвендолен [с упреком]. Мама!
Леди Брэкнелл.
В карету, Гвендолен!
Гвендолен идет к двери.
На пороге они с Джеком обмениваются воздушным поцелуем за спиной у леди Брэкнелл.
Леди Брэкнелл. [Озирается в недоумении, словно не понимая, что это за звук.
Потом оборачивается.]
В карету!
Гвендолен.
Да, мама. [Уходит, оглядываясь на Джека.]
Леди Брэкнелл [усаживаясь.] Вы можете сесть, мистер Уординг.
[Роется в кармане, ища записную книжечку и карандаш.]
Джек.
Благодарю вас, леди Брэкнелл, я лучше постою.
Леди Брэкнелл [вооружившись книжкой и карандашом]. Вынуждена отметить: вы не значитесь в моем списке женихов, хотя он в точности совпадает со списком герцогини Болтон.
Мы с ней в этом смысле работаем вместе.
Однако я готова внести вас в список, если ваши ответы будут соответствовать требованиям заботливой матери.
Вы курите?
Джек.
Должен признаться, курю.
Леди Брэкнелл.
Рада слышать.
Каждому мужчине нужно какое-нибудь занятие.
И так уж в Лондоне слишком много бездельников.
Сколько вам лет?
Джек.
Двадцать девять.
Леди Брэкнелл.
Самый подходящий возраст для женитьбы.
Я всегда придерживалась того мнения, что мужчина, желающий вступить в брак, должен знать все или ничего.
Что вы знаете?
Джек [после некоторого колебания]. Ничего, леди Брэкнелл.
Леди Брэкнелл.
Рада слышать это.
Я не одобряю всего, что нарушает естественное неведение.
Неведение подобно нежному экзотическому цветку: дотроньтесь до него, и он завянет.
Все теории современного образования в корне порочны.
К счастью, по крайней мере у нас, в Англии, образование не оставляет никаких следов.
Иначе оно было бы чрезвычайно опасно для высших классов и, быть может, привело бы к террористическим актам на Гровенор-сквер.
Ваш доход?