Начало его было непримечательно: майор Деспард и мисс Мередит разыграли одну черву.
Потом и мы подсели на пару несчастных пятидесятых на четырех червах и четырех пиках.
Затем они, как мы ни пытались им помешать, сделали гейм на пиках.
Следующие три раздачи мы провалили, по счастью, без дублей.
Но второй гейм выиграли мы, это была игра без козыря.
Потом началась страшнейшая битва.
По очереди подсаживались и мы и они.
Доктор Робертс явно переоценивал свои возможности, и хотя значительно проваливался один или два раза, заявка его окупила все, потому что он не раз обрушивался на миссис Мередит, перебивая ее заявку.
Потом он заявил сначала две пики, я – три бубны, он заявил четыре без козыря, я – пять пик, а он вдруг перепрыгнул на семь бубен.
Нас, конечно, удвоили.
У него не было основания делать такую заявку.
Это своего рода чудо, что мы сыграли.
Я бы никогда не подумала, что мы выиграем, когда увидела, что его игра нас подсаживает.
Если бы они пошли по червам, мы бы остались без трех.
Но они пошли с короля треф, и мы выполнили контракт.
Вот уж поволновались!
– Je croix bien, уязвимый «большой шлем», и вдруг удвоился!
Это вызывает эмоции, еще бы!
Я это хорошо понимаю, у меня не хватает нервов выходить на шлемы.
Удовлетворяюсь геймом.
– О, но вам и не следует, – с жаром произнесла миссис Лорример. – Вам надо хорошо играть гейм.
– Вы хотите сказать, не следует рисковать?
– Если заявлять правильно, риска нет.
Нужен математический расчет.
К несчастью, мало кто правильно заявляет.
Рассчитывают начальные заявки, а потом теряют голову.
Не могут разобраться, где бьющая карта, а где проигрышная. Ну, не мне вам читать лекцию по бриджу или по подсчетам возможностей.
– Это наверняка, мадам, усовершенствовало бы мою игру.
Миссис Лорример вернулась к изучению подсчетов.
– После таких потрясений следующая игра была неинтересной.
У вас тут есть четвертый счет?
А-а, да.
Битва с переменным успехом. Ни одна из сторон не может провести игру.
– Так часто бывает, и вечер тогда тянется мучительно долго.
– Да, начинается неинтересно, но потом игра раскручивается.
Пуаро собрал карточные счета и слегка поклонился.
– Мадам, я поздравляю вас.
Ваша память на карты изумительна, просто изумительна!
Вы, можно сказать, помните все разыгранные заявки!
– Думаю, да.
– Память – замечательный дар.
Пока помнишь, прошлое не канет в вечность.
Я представляю себе, мадам, что для вас минувшее так само и разворачивается перед глазами, всякий случай так ярок, словно произошел вчера.
Она быстро взглянула на Пуаро.
Глаза ее потемнели и широко раскрылись.
Но это был один лишь момент, и она снова выглядела вполне уравновешенной светской дамой, однако Эркюль Пуаро не сомневался: выстрел попал в цель.
Миссис Лорример поднялась.
– Теперь мне придется вас оставить. Очень сожалею, но мне и в самом деле нельзя опаздывать.
– Разумеется, разумеется.
Я прошу прощения за то, что злоупотребил вашим вниманием.