За полем – река.
Для октябрьского дня солнце было достаточно теплым.
Две девушки как раз переходили поле, направляясь к коттеджу.
Когда они вошли в калитку сада, первая остановилась как вкопанная.
Миссис Оливер пошла навстречу девушкам.
– Здравствуйте! Мисс Мередит?
Вы ведь меня помните?
– О-о, конечно. – Энн Мередит поспешно протянула руку, глаза большие, испуганные, но она овладела собой. – Это моя приятельница, с которой мы живем вместе, – мисс Доз, Рода Доз, а это – миссис Оливер.
Вторая была высокая, смуглая, подвижная.
Она сказала:
– О, вы миссис Оливер?
Ариадна Оливер?
– Да, – сказала миссис Оливер и добавила, обратившись к Энн: – Давайте мы с вами где-нибудь присядем, потому что мне многое надо вам сказать.
– Разумеется.
И чаю попьем…
– Чай может подождать, – сказала миссис Оливер.
Энн повела ее к нескольким видавшим виды складным плетеным стульям.
Миссис Оливер, уже имевшая несчастливые опыты с непрочной садовой мебелью, придирчиво осмотрев их, выбрала самый надежный.
– Ну, моя милая, не будем ходить вокруг да около, – сказала она. – Убийство. Тогда, вечером… Пора что-то предпринять.
– Что-то предпринять? – удивилась Энн.
– Естественно, – сказала миссис Оливер. – Не знаю, что думаете вы, но у меня нет никаких сомнений.
Это доктор.
Как его?..
Робертс.
Именно он!
Робертс – валлийская фамилия!
Я никогда не доверяла валлийцам!
У меня была няня валлийка, она взяла меня однажды с собой в Харрогейт, а потом уехала домой, обо мне даже и не вспомнив.
Такая беспамятная.
Но хватит о ней.
Робертс! Вот главное. Надо им заняться, сообща подумать, как доказать…
Рода Доз вдруг засмеялась, потом покраснела.
– Я прошу прощения.
Но вы… вы совсем не такая, как я себе представляла.
– Разочарованы, наверное, – спокойно сказала миссис Оливер. – Ничего. Я к этому привыкла. Вы поняли, что нам требуется?
Доказать, что это – Робертс!
– Но как? – спросила Энн.
– Не проявляй же такой беспомощности, Энн, – воскликнула Рода Доз. – Миссис Оливер такая чудная!
Конечно, она в таких делах разбирается.
Она будет действовать так же, как Свен Хьерсон.
Услышав имя своего финского детектива, миссис Оливер слегка порозовела.
– Нам необходимо это сделать, – сказала она, – и вот почему, дитя мое: вы же не хотите, чтобы люди думали, что это сделали вы?
– Почему они будут так думать? – спросила Энн, и у нее стал проступать на щеках румянец.
– Вы же знаете, каковы люди! – сказала миссис Оливер. – Трое, которые не убивали, будут под таким же подозрением, как и убийца.
– Я все же не могу понять, миссис Оливер, почему вы приехали именно ко мне? – медленно произнесла Энн.
– Потому что для тех двоих это, по-моему, не имеет значения.
Лорример только и знает, что играть в бридж, она целыми днями болтается в бридж-клубе.
Такие женщины сделаны из стали, они умеют за себя постоять!
К тому же она немолодая.
Какое имеет значение, если кто-нибудь и думает на нее?