И там она умерла.
Какое-то малоизвестное заболевание крови.
Название – очень длинное, но я думаю, оно мало что нам объяснит.
Очень редкое заболевание у нас и довольно частое среди местного населения в Египте.
– Значит, доктор не мог ее отравить?
– Не знаю, – медленно произнес Баттл. – Я говорил с одним своим знакомым – бактериологом, страшно трудно получить четкий ответ от этих людей.
Они никогда не скажут «да» или «нет».
Всегда: «могло быть при определенных условиях» или «в зависимости от общего состояния пациента», «подобные случаи известны», «многое зависит от индивидуальной идиосинкразии» и другая тому подобная чушь.
Но все-таки я смог выудить из своего знакомого, что микроб или микробы могли быть введены в кровь до отъезда из Англии.
Симптомы могли некоторое время не проявляться.
– Миссис Краддок была сделана прививка против брюшного тифа? – спросил Пуаро. – Насколько я знаю, большинству делают эту прививку.
– Вы правы, мсье Пуаро.
– И прививку делал доктор Робертс?
– Совершенно верно.
И опять этим мы ничего не можем доказать.
Ей было сделано, как полагается, две инъекции, и это, возможно, были две прививки от брюшного тифа, как нам известно.
Или одна из них от брюшного тифа, а вторая от чего-то еще.
От чего – мы не знаем.
И никогда не узнаем.
Остаются только гипотезы.
Все, что мы можем сказать, это: могло быть и так.
Пуаро задумчиво кивнул.
– Это соответствует тому, что говорил мне мистер Шайтана.
Он превозносил удачливого убийцу – человека, которому никогда не смогут предъявить обвинения в совершенном преступлении.
– Как же тогда сам Шайтана узнал об этом? – спросила миссис Оливер.
Пуаро пожал плечами.
– Это навсегда останется тайной.
Сам он одно время был в Египте.
Нам это известно, потому что там он познакомился с миссис Лорример.
Он, может быть, слышал какие-то разговоры местных врачей об особенностях болезни миссис Краддок, знал, что их удивила эта невесть откуда взявшаяся инфекция.
В какое-то иное время он, может быть, слышал сплетни о Робертсе и миссис Краддок.
Он мог ради забавы обронить какую-нибудь многозначительную фразу при докторе и заметить в его глазах испуг. Обо всем этом мы никогда не узнаем.
У некоторых людей есть необыкновенный талант выпытывать секреты.
Шайтана принадлежал к таким людям.
Нам это мало что дает.
Мы можем сказать: он догадывался, что что-то не так.
Но были ли его догадки относительно доктора верны?
– Я думаю, да, – сказал Баттл. – У меня такое ощущение, что наш веселый неунывающий доктор не слишком щепетилен.
Я знал людей, похожих на него, – до чего же определенные типы бывают похожи друг на друга!
Я подозреваю, что он ловкий убийца.
Он убил Краддока, он, может быть, убил миссис Краддок, если она начала досаждать ему и устраивать скандалы.
Но убил ли он Шайтану?
Вот это – вопрос.
И, сравнивая преступления, я сильно сомневаюсь.
В случаях с Краддоками он каждый раз пользовался медицинскими средствами.
Смерть выглядела следствием естественных причин.
Я считаю, если бы он убил Шайтану, он бы и здесь применил медицину.
Он бы использовал микробы, а не нож.
– Я никогда не думала на него, – пробормотала миссис Оливер. – Ни разу.
Он как-то слишком очевиден.