– Я вас слушаю, – с готовностью отозвалась Энн.
– Вот, например, шелковые чулки. Приятно получить такой подарок?
– Да, конечно, всегда приятно получить чулки.
– У меня камень с души свалился.
Очень прошу вас оказать мне услугу.
Я приготовил несколько пар различных цветов, думаю, не то пятнадцать, не то шестнадцать… Не будете ли вы столь любезны взглянуть на них и отобрать полдюжины, которые покажутся вам наиболее подходящими?
– Непременно, непременно, – сказала Энн со смехом, поднимаясь со стула.
Пуаро указал на столик в углу комнаты – сваленные на нем предметы вопиюще не соответствовали своим видом (если бы она только это знала!) хорошо известной приверженности Эркюля Пуаро к аккуратности и порядку: беспорядочные груды чулок, какие-то меховые перчатки, календари, коробки с конфетами.
– Я отправляю свои посылки несколько a l'avance, – пояснил Пуаро. – Смотрите, мадемуазель, вот чулки, выберите мне, умоляю вас, шесть пар.
Он обернулся и встретился взглядом с Родой, которая наблюдала за ним.
– А для вас, мадемуазель, у меня тоже кое-что имеется на десерт, так сказать, по-моему, мадемуазель Мередит это не понравится.
– Что же такое? – воскликнула Рода.
Пуаро понизил голос.
– Нож, мадемуазель, которым двенадцать человек когда-то закололи мужчину.
Он был преподнесен мне в качестве сувенира «Международной компанией спальных вагонов».
– Какой ужас! – не выдержала Энн.
– О-о! Дайте же взглянуть, – сказала Рода.
Пуаро повел ее в другую комнату, принявшись объяснять:
– Он был дан мне «Международной компанией спальных вагонов», потому что… – И оба вышли из комнаты.
Минуты через три они вернулись.
Энн подошла к ним.
– Я думаю, эти шесть самые подходящие, мсье Пуаро.
Две эти – хороши по оттенкам для вечера, а те, что посветлее, подойдут для лета и для светлых вечеров.
– Mille remerciments, мадемуазель.
Он предложил им еще сиропа, от которого девушки отказались, и наконец проводил до дверей, все не переставая оживленно болтать.
Когда они в конце концов ушли, он возвратился в комнату и направился прямо к заваленному подарками столику.
Чулки продолжали лежать беспорядочной грудой.
Пуаро отсчитал шесть отобранных пар, потом принялся пересчитывать остальные.
Он купил – девятнадцать.
Теперь их было только семнадцать.
Он медленно кивнул самому себе головой.
Глава 24 Три убийцы – вне подозрения
По прибытии в Лондон инспектор Баттл сразу же пришел к Пуаро.
Энн и Рода уже час как покинули его.
Без особых церемоний инспектор подробно изложил результаты своего расследования в Девоншире.
– Мы на верном пути – ни тени сомнения, – заверил он. – Вот что имел в виду Шайтана, говоря о «домашнем несчастном случае».
Но что меня озадачивает, так это мотив.
Зачем ей надо было убивать женщину?
– Думаю, что могу вам здесь помочь, друг мой.
– Окажите милость, мсье Пуаро.
– Сегодня я провел маленький эксперимент.
Я пригласил сюда мадемуазель и ее подругу.
Я задал ей свой обычный вопрос о том, что она видела в тот вечер в комнате.
Баттл смотрел на него с любопытством.
– Вы очень любите об этом спрашивать.
– Да, это полезный вопрос.
Он мне многое раскрывает.
Мадемуазель Мередит была подозрительна, очень подозрительна.
Она ничего не принимает на веру, эта юная дама.
И вот добрый пес Эркюль Пуаро показал один из своих лучших трюков.