Пуаро задумчиво покачал головой.
Доктор неверно истолковал ситуацию.
Совсем не раскаяние заставило миссис Лорример лишить себя жизни.
По пути наверх он остановился, чтобы сказать несколько слов утешения почтенной горничной, которая тихонько плакала.
– Это так страшно, сэр, до того страшно.
Мы все ее так любили.
И вы так мило и чинно пили с ней вечером чай.
А теперь ее нет.
Я никогда не забуду этого утра, никогда, пока буду жива.
Джентльмен затрезвонил в звонок.
Звонил трижды, да, три раза, пока я добежала.
«Где ваша хозяйка?» – выпалил мне.
А я так разволновалась, едва смогла ответить.
Понимаете, мы никогда не заходили к хозяйке, пока она не позвонит, такой она установила порядок.
И я просто не могла ничего понять.
А доктор, он говорит:
«Где ее спальня?» – и побежал наверх по лестнице, я – за ним. Я показала ему дверь, он бросился внутрь: тут уж не до стука. Она лежит там… Бросил взгляд на нее.
«Слишком поздно!» – говорит.
Оказывается, умерла она, сэр.
Он отослал меня за бренди и горячей водой, отчаянно пытался что-то сделать, но все было впустую.
А потом приехала полиция, и все это… так неприлично, сэр.
Миссис Лорример это бы не понравилось.
К чему полиция?
Это не их дело, верно, даже если и произошел несчастный случай и бедная хозяйка по ошибке действительно приняла больше, чем надо?
Пуаро не ответил на ее вопрос.
Он спросил:
– Ваша хозяйка вечером выглядела как обычно?
Она не казалась расстроенной, озабоченной?
– Нет, не думаю, сэр.
Она была усталой, и, я думаю, она страдала.
Она плохо себя чувствовала в последнее время, сэр.
– Да, я знаю…
Сочувствие в его голосе побудило женщину продолжить:
– Она была не из тех, кто жалуется, сэр, но и кухарка, и я боялись за нее уже столько времени.
Она не могла ничего делать, как, бывало, делала раньше, и все ее утомляло.
Я думаю, может быть, молодая дама, которая приходила после вас, утомила ее.
Уже ступив на лестницу, Пуаро обернулся.
– Молодая дама?
Молодая дама приходила сюда вечером?
– Да, сэр, она была сразу после вашего ухода.
Мисс Мередит ее имя.
– И долго она пробыла?
– Около часа, сэр.
– А потом? – помолчав, спросил Пуаро.
– Потом хозяйка легла.
Обедала в постели.
Она сказала, что устала.
Пуаро выдержал паузу и снова спросил:
– Вы не знаете, писала ли ваша хозяйка вчера вечером какие-нибудь письма?
– После того, как легла?