Вспомните, я ведь пользовался гостеприимством Бэлкиддера, вашей родины.
-- Но ведь не мои родственники оказывали вам гостеприимство, -- возразила она.
-- Ну и что же, -- ответил я, -- зато я в долгу у вашего дядюшки за пение его волынки.
А кроме того, я предложил себя вам в друзья, а вы были столь рассеянны, что не отказались вовремя.
-- Будь это большая сумма, -- сказала девушка, -- это, вероятно, сделало бы вам честь. Но я объясню вам, что произошло.
Джемс Мор сидит в тюрьме, закованный в кандалы, но в последнее время его каждый день водят сюда, к Генеральному прокурору...
-- К -- прокурору? -- воскликнул я. -- Значит, это...
-- Это дом Генерального прокурора Гранта из Престонгрэнджа, -- сказала она. -- Сюда то и дело приводят моего отца, а с какой целью, я совсем не знаю, но мне кажется, что для него забрезжила надежда.
Они не разрешают мне видеть его, а ему -- писать мне; вот мы и ждем здесь, на Кингз-стрит, когда его проведут мимо, и стараемся сунуть ему то немножко нюхательного табаку, то еще что-нибудь.
И вот этот злосчастный Нийл, сын Дункана, потерял -- мой четырехпенсовик, отложенный на покупку табака, и теперь Джемс Мор уйдет ни с чем, будет думать, что дочь о нем позабыла.
Я вынул из кармана шестипенсовик, дал его Нийлу и велел сбегать за табаком.
-- Эта монетка пришла со мной из Бэлкиддера, -- сказал я девушке.
-- А! -- отозвалась она. -- Вы друг Грегоров.
-- Не стану вас обманывать, -- сказал я. -- О Грегорах я знаю очень мало, и еще меньше -- о Джемсе Море и о его деяниях, но за то время, что я стою на этой улице, я узнал кое-что о вас; и если вы скажете "друг мисс Катрионы", я постараюсь, чтобы вы об этом не пожалели.
-- Я и остальные -- неразделимы, -- сказала Катриона.
-- Я постараюсь стать другом и для них.
-- Но брать деньги от незнакомого человека! -- воскликнула она. -- Что вы обо мне подумаете?
-- Ничего не подумаю, кроме того, что вы хорошая дочь, -- сказал я.
-- Я, разумеется, верну вам долг. Где вы остановились?
-- По правде говоря, еще нигде, я всего три часа в этом городе, -- ответил я. -- Но скажите, где живете вы, и я осмелюсь сам явиться за своими, -- шестью пенсами.
-- Я могу положиться на ваше слово?
-- Вам нечего опасаться, что я не сдержу его.
-- Иначе Джемс Мор не позволил бы мне взять деньги, -- сказала она. -- Я живу за деревней Дин, на северном берегу реки, у миссис Драммонд-Огилви из Аллардайса, она мой ближайший друг и будет рада поблагодарить вас.
-- Тогда я буду у вас, как только позволят мне дела, -- сказал я; и, спохватившись, что совсем забыл об Алане, поспешил проститься с нею.
Но, продолжая свой путь, я невольно подумал, что для столь краткого знакомства мы вели себя слишком непринужденно и что истинно благовоспитанная девушка должна была бы держаться несколько застенчивее.
Кажется, от этих далеко не рыцарских мыслей меня отвлек рассыльный.
-- Я-то думал, у вас есть голова на плечах, -- начал он, презрительно скривив губы. -- Эдак вы далеко не уйдете.
Коли нет ума, денежки быстро на ветер летят.
А вы, как я погляжу, большой любезник! -- воскликнул он. -- Из молодых да ранний!
Ловите потаскушек.
-- Как ты смеешь так говорить о молодой леди!.. -- начал было я.
-- Леди! -- фыркнул, тот. -- Господи помилуй, какая такая леди?
Вон ту вы зовете леди?
Таких леди в городе хоть пруд пруди.
Леди!
Сразу видно, что город вам в новинку!
Я вспыхнул от гнева.
-- Эй ты, -- крикнул я, -- веди меня, куда ведено, и держи свой скверный язык за зубами!
Он повиновался лишь отчасти, он больше не обращался ко мне, зато на редкость неприятным голосом и немилосердно фальшивя затянул песню, звучавшую, как наглый намек:
Красотка наша Мэлли Ли по улице гуляет, Чепец слетел, ей хоть бы что, лишь глазками стреляет.
А мы налево, мы направо, мы за ней пошли, Все полюбезничать хотят с красоткой Мэлли Ли!
ГЛАВА II. СТРЯПЧИЙ ИЗ ГОРНОГО КРАЯ
К жилищу мистера Чарлза Стюарта, стряпчего, вела лестница, длиннее которой, наверно, не выкладывал ни один каменщик в мире -- в ней было, маршей пятнадцать, не меньше.
Наконец, я добрался до двери, и, когда открывший мне -- клерк сказал, что хозяин у себя, я, еле переводя дух, отослал рассыльного прочь.
-- Убирайся на все четыре стороны, -- сказал я, отогал у него мешок с деньгами и вслед за клерком вошел в дверь.
В первой комнате была контора; здесь у стола, заваленного деловыми бумагами, стоял стул клерка.
Во второй, смежной, комнате, небольшой человечек с подвижным лицом сосредоточенно читал какой-то документ; он сразу поднял на меня глаза и держал палец на недочитанной строчке, словно намереваясь выставить меня вон и снова продолжить чтение.
Мне это не -- слишком исправилось, и еще меньше понравилось то, что клерку, по-видимому, было очень удобно подслушивать наш разговор.
-- Вы мистер Чарлз Стюарт, стряпчий? -- спросил я.
-- Он самый, -- ответил стряпчий, -- а вы, позвольте узнать, кто такой?