Несмотря на это предупреждение, «Непобедимый» приземлился в трех градусах от полюса.
Боб Стар и его двое телохранителей спустили трап на темную застывшую равнину.
Уже дрожа, они спустились с корабля бегом.
Позади загрохотали дюзы.
Они упали ничком, чтобы укрыться от жаркого урагана струй.
Корабль поднялся и исчез в облачных зеленоватых сумерках, унося Джея Калама навстречу кометчикам с миссией доброй воли.
Из туманной тьмы вышло подразделение легионеров.
Они проверили всех троих, рассмотрели их удостоверения и проводили их в крепость, стоявшую на низком и пустынном холме.
Они уже почти поднялись на него, прежде чем Боб Стар смог что-нибудь увидеть.
Внезапно над ним в зеленоватом сумраке нависла массивная стена.
— Стена кольцевой формы, сэр, — сообщил ему офицер стражи с благоговейным уважением к подписи Джея Калама на его бумагах.
— Внутри круглое поле, на котором сейчас находятся четыре наших крейсера.
Однако тюрьму вы даже не увидите.
Это закрытый цилиндр из пердьюрита.
Камера Меррина в тысяче футов под поверхностью.
Гигантская бронированная дверь пропустила их в стофутовую толщину стены.
Боб Стар немедленно попросил, чтобы ему показали узника.
И наконец его повели мимо удивительно длинных пердьюритовых стен коридоров, через огромные цилиндрические двери, которые тщательно закрывались за ним, по скрытым лифтам, мимо хмурых бдительных стражников в сторожевых витрилитовых полусферах, и он увидел человека, которого должен был убить.
Огромная дверь пропустила его в маленькую квадратную комнату, где стояли двое часовых.
Противоположная стена представляла собой толстый сияющий лист витрилита.
За этой непроницаемой прозрачной стеной находилась камера Стивена Орко.
Заключенный сидел в большом кресле и читал.
В одной из своих больших рук он держал стакан с красным напитком, и его красивое тело выглядело расслабленным в зеленом халате.
Боб Стар увидел красивое лицо и легкую улыбку, наползающую на широкий женственный рот.
— Это Меррин, сэр, — сказал офицер.
— Он был закрыт витрилитовой стеной два года назад, при завершении строительства тюрьмы.
Никто с ним до сих пор не разговаривал.
Камера звуконепроницаема, и охранникам приказано игнорировать любые сигналы, которые он подаст.
Все металлические предметы у него забрали.
Воздух, вода и жидкая пища поступают к нему по скрытым трубам из другой комнаты, в которую имеет доступ только начальник…
Он замолчал, чтобы показать маленькую красную кнопку на серой стене рядом с ним.
— Я должен предупредить вас, сэр.
К этой кнопке нельзя прикасаться.
Она соединена с клапаном, который может наполнить комнату смертельным газом.
В наши обязанности входит защищать его жизнь, доверенную Легиону.
Боб Стар едва слышал его последние слова сквозь внезапный звон в ушах.
Его тело вдруг покрыл холодный пот.
Он качался от тошноты и слабости.
Маленький красный диск глазел на него, как зловещее око.
Он должен был всего лишь коснуться ее. И только.
И обида девяти лет исчезнет.
Невыносимое пламя погаснет в нем.
Даже эта старая боль, чувствовал он, уйдет, и Система будет освобождена от злого гения Стивена Орко…
Он сознавал, что узник видит его.
Голубые глаза, холодные и горящие безрассудством, оторвались от книги.
Благородное лицо иронично улыбнулось.
Стивен Орко лениво встал и подошел к прозрачной несокрушимой стене.
Он показал на красную кнопку и насмешливо похлопал себя по ноге.
Полные губы изобразили ироничное беззвучное приветствие.
Боб Стар вдруг почувствовал желание поговорить с ним.