— Боб Стар схватил старика за рыхлую руку.
— Значит, опасность не просто воображаемая!
— Пальцы его сжались.
— И ты знал о зеленой комете… Сколько времени?
Старик скривился и покачал головой.
— Нет, нет, парень, — пробормотал он поспешно.
— Тут, на Фобосе, тревожиться не о чем.
Просто ты смертельно рано вытащил меня из сна.
Мои старые мозги еще слишком разомлевшие и ленивые.
Не следует, дружище, обращать слишком много внимания на болтовню видавшего виды ветерана Легиона.
— Что ты знаешь о комете?
— Прошу тебя, парень!
Я ничего не знаю!
Во имя жизни…
— Слишком поздно, Жиль.
— Его пальцы сжались крепче.
— Ты уже сказал слишком многое.
Если не хочешь рассказать, в чем дело, и почему это скрывается от меня, я буду задавать неудобные вопросы.
— Прекрати, дружище! — застонал старик.
— Не надо трясти меня, как подыхающую крысу.
Затаив дух в ожидании, Боб Стар отпустил его руку.
— Слушок в Легионе.
У меня нет секретов от Совета, парень.
И, между прочим, твой собственный отец велел нам держать это от тебя в секрете.
Ты же не позволишь, чтобы старый Жиль проронил об этом хотя бы словечко?
— Мой собственный отец! — в голосе Боба Стара опять появилась горечь.
— Он думает, что я слабак и трус.
— Нет, дружище, — пробормотал Жиль Хабибула.
— Он просто боится, что тебя это встревожит, а также что это повлечет за собой смертельный шок, которого для тебя будет слишком много.
— Он мне не доверяет, — прошептал Боб Стар.
— Однако расскажи мне об этой комете. В чем тут дело?
— Ты обещаешь, дружище, не говорить ему?
— Обещаю, — сказал Боб Стар.
— Выкладывай.
Старый солдат осторожно отвел его по траве туда, где под укрытием росли белые франшипаны.
Он тревожно поглядел на высокую крышу, на могучую центральную башню Пурпурного Холла, которая ожила в солнечном свете.
— Впервые эту страшную штуку увидели десять недель назад.
— Его гнусавый голос превратился в шипящий шепот.
— Ее засекла большая наружная обсерватория на станции Контр-Сатурн.
Она двигалась в сторону солнечной системы со скоростью, от которой астрономы просто обалдели.
Он схватил руку Боба Стара.
— Но ты помнишь, парень?
Не выдавай Жиля за то, что он распустил, свой глупый язык.
Твой отец — жесткий человек.
Хотя мы с ним и товарищи по великому путешествию к Убегающей Звезде. Ты помнишь?
— Я держу слово, — сказал Боб Стар.
— Но что тревожного в этой комете?
— Она не похожа на другие, — сказал старик.
— Это не какое-нибудь хрупкое создание из гальки и ионизированного газа, и оно больше, чем любая другая комета.
Астрономы не знают, что это такое.