Я полагаю, тебе следует относиться к этому инциденту, как к полностью субъективному — как к продукту твоих собственных подсознательных страхов и надежд, реагирующих на стимуляцию агента, который, вероятно, лишил тебя сознания.
Скорее всего, кометчики не человеческие существа, а нечто, что ты вообще навряд ли назвал бы жизнью.
Боб Стар стоял, глядя на зеленоватое пятно кометы в телеперископ, пока корабль и весь окружающий мир не прекратили существовать.
И остались в космосе он да этот огромный зеленый глаз, и глаз притягивал его к себе, в свою неведомую бездну.
Если кометчики не люди, то кто же они?
Монстры со щупальцами?
Одушевленные растения?
Кристаллическая жизнь призматической формы?
А может быть, вся комета — единое древнее существо?
Может ли разум существовать не в отдельных индивидуальностях, а быть принадлежностью целого?
В мозгу пустил корни ужас, питаясь его фантастическими умозаключениями.
Пытаясь найти путь бегства от этих ужасов собственного воображения, он вернулся к астрономической задаче, которую начал решать в Пурпурном Холле. Глядя на этот забытый астероид, он пытался выяснить, откуда он мог появиться.
Ему ничего не удалось обнаружить, однако он открыл кое-что другое.
— Что-то происходит с Плутоном, — сказал он Джею Каламу, когда командор пришел сменить его.
В его усталом голосе слышалась хрипота ужаса.
— Я проверил десяток раз свои наблюдения, и ответ все тот же.
Он покинул орбиту и дрейфует к комете!
Я знаю, что это звучит безумно и вряд ли вы поверите…
— Поверю.
— Темное лицо командора не выражало скептицизма, лишь сосредоточенность.
— Это сходится с секретными сообщениями, которые мы получили от обсерватории на Контр-Сатурне.
Множество малых астероидов оттягивается с их орбит к комете — возможно, это та же сила, которая схватила «Непобедимого».
Похоже, они похищают планеты…
— Если они могут это… — Боб Стар лишился дара речи и дрожал в страшных ожиданиях.
Высокий командор пожал плечами, готовый смириться со всем, что бы ни произошло.
— Ты устал, Боб, — сказал он.
— Иди в свою каюту и поспи.
Боб Стар побрел прочь как выработавшийся робот.
Не раздеваясь, он упал на койку.
Но сон не шел, потому что зеленый глаз кометы все смотрел на него.
Он следил за ним даже здесь, в каюте, и рыскал в его мозгу.
Тонкий вой генераторов стал призрачной гипнотической мелодией.
Онемевший мозг воспринимал их как расстроенные минорные струны.
Когда, наконец, он погрузился в тяжкий полусон, страх его не оставил.
Спустя четыре таких же напряженных дня он доложил Джею Каламу с тусклым удовлетворением в голосе:
— Через пять часов при нынешнем торможении мы достигнем поверхности объекта.
— Если только кометчики нас пустят!
Боб Стар покинул рубку.
Слишком возбужденный, чтобы заснуть, он прогуливался по крейсеру.
В силовом отсеке он нашел Жиля Хабибулу, сидящего на полу возле геодинов, раскинув широко толстые ноги.
Вокруг валялись пустые бутылки, он сам был очень пьян.
Завидев Боба Стара, он вопросительно уставился на него.
— Смерть моя! — прохрипел он.
— Ты меня ужасно напугал, парень.
Сначала мне показалось, что это какой-то жуткий монстр подкрался, чтобы меня уничтожить.
Ах, что за страшное путешествие!
Он пошуровал среди бутылок и нашел не совсем пустую.
— Садись, парень, и прими капельку винца.
Его драгоценная теплота слегка разгонит холод в твоем сердце.
Ах, бедный старый Жиль стал жалким солдатом, Боб, и спасает его только красная храбрость, что вытекает, пенясь, из бутылки.