Слегка напоминают наши протонные иглы. Но они должны быть огромны, раз видны с такого расстояния.
По одной машине стоит под каждым из пурпурных лучей между планетой и пленным солнцем.
— Кажется, я понял!
— Тихий голос Джея Калама дрожал от сдерживаемого возбуждения.
— Пленное солнце не может быть заурядной звездой — об этом говорит пурпурный цвет.
Я считаю, что оно искусственное — это атомная энергостанция.
Вероятно, тройной луч — это трансмиссионная система для получения энергии.
И если это правда, то синяя планета должна быть рубкой управления корабля.
Эти меньшие машины вокруг тех больших, видимо, преобразуют энергию для управления им.
Должна требоваться огромная энергия для удержания и движения этих планет и для защиты их от барьера отталкивания.
Атомных реакций должно быть недостаточно.
На станции должен осуществляться процесс аннигиляции материи…
У него перехватило дыхание, и длинное лицо вытянулось.
— Я не могу найти Плутон среди этих планет, — прошептал он хрипло.
— И, кажется, понимаю, почему.
Боб Стар невидяще глядел на него.
— Мне кажется, что кометчикам он понадобился на топливо, — сказал он.
— Я думаю, что они уже ободрали с него все, что хотели сохранить, а остальное бросили в эту атомную печь.
Некоторое время он безмолвствовал.
Лицо его казалось пустым и жестким, словно посмертная маска.
— Кажется, это дополняет наши представления о кометчиках.
— Голос его остался необычно спокойным.
— Это мародеры Вселенной.
Они бороздят пространство от солнца к солнцу.
Они грабят планеты и питаются жизнью, которую им удается найти.
Они захватывают сами планеты, чтобы восполнять этот рой или сжигать их в качестве топлива…
— И это то, для чего им потребовался астероид? — вздрогнул Боб Стар.
— Я думаю, да.
— Джей Калам кивнул, совершенно спокойный.
— Кометчики уже нападали на астероид.
Вероятно, они не имеют в нем больше никакой заинтересованности, разве что как в кусочке топлива… — Он, задумавшись, почесал длинную челюсть.
Внезапно он очень тихо произнес: — Сколько нам осталось, Боб?
Боб Стар несколько мгновений оставался в хмурой задумчивости. Он нервно зашевелился и повернулся поспешно к телеперископу, компьютеру и хронометру.
Наконец, он выпрямился и вытер со лба холодный пот.
— Три часа, — прошептал он сдавленно.
— Всего лишь три часа…
ГОЛОС ОРКО
Дверь в рубку Джей Калам закрывал, чувствуя усталость и обреченность.
На миг он тяжело привалился к ней.
Затем на подкашивающихся ногах он последовал за Бобом Старом на палубу и вышел в открытый шлюз.
Кай Нимиди, Хал Самду и Жиль Хабибула по-прежнему находились снаружи, на щебенке ракетодрома, возле пустынного особняка.
Они выглядели призрачно в бледно-зеленом свечении, исходившим с неба.
Хал Самду стоял, запрокинув голову.
Огромные узловатые ладони сжимались и опять разжимались.
Косматая голова была откинута, взгляд голубых глаз был прикован к индиговому диску главной планеты.
Суровое лицо было искажено свирепостью.
— Если Стивен Орко там, — хрипло произнес он, — мы должны отправиться за ним… и убить его.
Ради Аладори…
Жиль Хабибула и Кай Нимиди сидели бок о бок на щебенке.
Девушка рисовала на земле пальцем маленькие чертежи и настойчиво втолковывала что-то старику.