Если мои повелители в самом деле потушат луну, я в темноте возьму их за руку, выведу из Луу и провожу их туда. Там они будут в безопасности. И оттуда мы будем сражаться против короля Твалы.
– Прекрасно! – ответил я. – А теперь оставьте нас, ибо мы хотим немного отдохнуть и подготовить все нужное для колдовства.
Инфадус встал и, отдав нам салют, вышел из хижины в сопровождении вождей.
– Друзья мои! – обратился к нам Игнози после их ухода. – Неужели вы действительно можете потушить луну или говорили этим людям пустые слова?
– Мы полагаем, что сможем это сделать, Амбопа… то есть я хотел сказать – Игнози, – ответил я.
– Это очень странно, – сказал он. – Если бы вы не были англичанами, я ни за что бы этому не поверил. Но английские джентльмены не говорят лживых слов.
Если нам суждено остаться в живых, вы можете быть уверены, что я вас вознагражу за все.
– Игнози, – обратился к нему сэр Генри, – обещай мне только одно.
– Я обещаю тебе все, друг мой Инкубу, прежде чем даже выслушаю тебя, – ответил наш гигант с улыбкой. – О чем ты хочешь меня просить?
– Вот о чем.
Если ты будешь королем кукуанов, ты запретишь выслеживание колдунов, то, которое мы видели вчера вечером, и не будешь карать смертью людей без справедливого суда.
После того как я перевел эти слова, Игнози на момент задумался и затем ответил:
– Обычаи черных людей не похожи на обычаи белых, Инкубу, и они не ценят свою жизнь так высоко, как вы, белые.
Но все же я тебе обещаю, что, если будет в моих силах справиться с охотницами за колдунами, они не будут больше выслеживать людей и ни один человек не будет умерщвлен без суда.
– Я верю тебе, Игнози. Ну а теперь, когда мы решили этот вопрос, – сказал сэр Генри, – давайте немного отдохнем.
Мы смертельно устали и тут же крепко уснули, проспав до одиннадцати часов утра.
Нас разбудил Игнози. Мы встали, умылись и, плотно позавтракав, вышли погулять.
Во время прогулки мы с любопытством рассматривали кукуанские постройки и с большим интересом наблюдали быт женщин.
– Я надеюсь, что затмение все же состоится, – сказал сэр Генри, когда мы возвращались домой.
– Если же его не будет, то всем нам крышка, – ответил я угрюмо. – Ручаюсь головой, что кто-нибудь из вождей непременно расскажет королю все, о чем мы с ними говорили, и он устроит такое «затмение», что нам не поздоровится.
Вернувшись к себе, мы пообедали, остальная же часть дня ушла у нас на прием гостей. Некоторые приходили с официальным визитом, другие просто из любопытства.
Наконец солнце зашло, и мы, оставшись одни, насладились двумя часами покоя, насколько позволяло наше невеселое настроение и мрачные мысли.
Около половины девятого явился от Твалы гонец и пригласил нас на ежегодное празднество – великую пляску дев, которая должна была скоро начаться.
Мы быстро надели кольчуги, присланные королем, и, взяв оружие и патроны, чтобы они были у нас под рукой в случае, если бы нам пришлось бежать, как говорил Инфадус, довольно храбро направились к королевскому краалю, хотя в душе трепетали от страха и неизвестности.
Большая площадь перед жилищем короля имела совсем другой вид, чем накануне. Вместо мрачных, стоявших сомкнутыми рядами воинов она вся была заполнена девушками.
Одежды на них – скажу прямо – не было почти никакой, но зато на голове у каждой был венок, сплетенный из цветов, и каждая из них держала в одной руке пальмовую ветвь, а в другой – большую белую лилию.
В центре площади, на открытом месте, залитом лунным светом, восседал сам король, у ног которого сидела Гагула. Позади него стояли Инфадус, Скрагга и двенадцать телохранителей.
Тут же присутствовали десятка два вождей, среди которых я узнал большую часть наших новых друзей, приходивших ночью с Инфадусом.
Твала сделал вид, что он очень рад нашему приходу, и сердечно нас приветствовал, хотя я заметил, что он злобно устремил свой единственный глаз на Амбопу.
– Привет вам, белые люди звезд! – сказал он. – Сегодня вас ожидает совсем иное зрелище, чем то, которое видели ваши глаза при свете вчерашней луны. Но это зрелище будет хуже, чем вчерашнее.
Вид девушек ласкает взор, и если бы не они, – тут он указал вокруг себя, – то и нас бы не было здесь сегодня. Лицезреть мужчин приятнее.
Сладки поцелуи и ласки женщин, но звон копий и запах человеческой крови гораздо слаще.
Хотите иметь жен из нашего народа, белые люди?
Если так, выбирайте самых красивых и столько, сколько пожелаете. Все они будут ваши. – И он замолк, ожидая ответа.
Такое предложение было бы, конечно, заманчиво для Гуда, так как он, как, впрочем, и большинство моряков, имеет большое пристрастие к женскому полу. Я же, как человек пожилой и умудренный опытом, заранее предвидел, что это повлечет за собой одни лишь бесконечные осложнения и неприятности, которые женщины, к сожалению, всегда приносят, что так же неизбежно, как то, что за днем следует ночь.
– Благодарю тебя, о король! – поспешно ответил я. – Но белые люди женятся только на белых, то есть на подобных себе.
Ваши девушки прекрасны, но они не для нас!
Король рассмеялся.
– Хорошо, – сказал он, – пусть будет по-вашему, хотя в нашей стране есть пословица:
«Женские глаза всегда хороши, какого бы они ни были цвета», и другая:
«Люби ту, которая с тобой, ибо знай, что та, которая далеко, наверно, тебе неверна». Но, может быть, у вас на звездах это не так.
В стране, где люди белые, все возможно.
Пусть же будет по-вашему, белые люди, – наши девушки не будут умолять вас взять их в жены!
Еще раз приветствую вас и также тебя, черный человек. Если бы вчера Гагула добилась своего, ты был бы мертв, и труп твой уже окоченел бы!
Твое счастье, что ты тоже спустился со звезд! Ха! Ха!
– О король! Я убью тебя раньше, чем ты меня, – спокойно ответил Игнози, – и ты окоченеешь раньше, чем мои члены утратят свою гибкость.
Твала вздрогнул.
– Ты говоришь смело, юноша! – ответил он гневно. – Смотри не заходи так далеко!
– Тот, чьи уста говорят истину, может быть смелым.
Истина – это острое копье, которое попадает в цель и не дает промаха.