У меня не будет истерики.
– Браво, Вы говорите, мистер Геберт умер на тротуаре на Семьдесят третьей улице.
Что убило его?
– Я не знаю.
Он садился в свою машину, отпрыгнул назад и покатился вдоль тротуара к нам… и он упал, а затем Лу сказал мне, что он умер…
– Подождите минутку.
Пожалуйста, будет лучше рассказать поточнее.
Я полагаю, это случилось после того, как вы покинули часовню, где проходила служба.
Вы все вышли вместе?
Ваша мать, дядя, кузен и мистер Геберт?
– Да.
Перрен предложил отвезти мать и меня домой, но я сказала, что я лучше пойду пешком, а мой дядя сказал, что он хочет поговорить с матерью. Поэтому они собирались взять такси.
Мы все шли медленно по тротуару, решив, что…
Я перебил:
– На восток?
В направлении машины Геберта?
– Да.
Я не знала тогда… я не знала, где была его машина, но он покинул нас, мой дядя, мать и я стояли там, в то время как Лу шагнул на мостовую, чтобы остановить такси. Случайно я смотрела в том направлении, куда ушел Перрен, а также мой дядя, и мы видели как он остановился, открыл дверцу своей машины… а затем отпрыгнул назад и секунду стоял, а затем страшно закричал и начал бежать к нам. Но он пробежал только около половины пути и упал, и он пытался катиться… он пытался…
Вулф поднял палец.
– Не так быстро, мисс Фрост.
Вы уже пережили это один раз, не пытайтесь делать это снова.
Просто рассказывайте нам об этом.
Когда он упал, то люди побежали ему на помощь. Побежали ли вы и Ваша мать?
– Нет, моя мать держала мою руку.
Мой дядя подбежал к нему и какой-то человек, который был там, а я крикнула Лу, и он побежал туда тоже… Моя мать велела мне оставаться там, где я была, и пошла к ним. Начали подходить другие люди.
Я стояла там, и примерно через минуту ко мне подошел Лу и сказал, что они думают, что Перрен умер. Он посоветовал мне взять такси и ехать домой, а они останутся.
Он посадил меня в такси, но после того как оно тронулось, я не захотела ехать домой и сказала водителю поехать сюда.
Я… думала, может быть…
– Нельзя было ожидать, что вы смогли бы думать.
Вы были не в таком состоянии, чтобы думать.
Итак, вы не знаете, отчего умер мистер Геберт?
– Нет.
Не было никакого звука… ничего.
– Не знаете ли вы, ел или пил ли он что-либо в часовне?
– Нет. Я уверена, что нет.
– Не имеет, впрочем, значения.
Это скоро станет известно.
Вы говорите, что после того, как мистер Геберт выпрыгнул назад из машины, он закричал.
Что он закричал?
– Имя моей матери.
Это было похоже на призыв о помощи.
Одна из бровей Вулфа поднялась кверху.
– Я надеюсь, он крикнул без сожаления.
Простите меня за то, что я позволил себе сделать столь неуместное замечание: мистер Геберт понял бы его, если бы он был здесь.
Итак, он крикнул
«Каллида».
Больше чем один раз?
– Да, несколько раз, если вы имеете ввиду, имя моей матери…
– Я ничего не имел в виду.
Простите еще раз, я говорил бессмыслицу.