– Итак, – пробормотал он и глубоко вздохнул, – мистер Кремер, я заметил некоторое время назад, что мы могли бы скоротать время.
Мы так и сделали.
Всегда отрадно избежать скуки. – Он взглянул на часы. – Теперь мы можем поговорить о деле.
Уже больше полудня, а мы здесь завтракаем в час.
Могли бы вы собрать всю семью Фростов, всех их, здесь в два часа?
Если вы сделаете это, я закончу это дело для вас.
Возможно, на это уйдет час.
Кремер потер свой подбородок.
Он сделал это той рукой, которая держала сигару, и пепел упал на его брюки, но он даже не заметил этого. Он с изумлением смотрел на Вулфа… Наконец он сказал:
– Час, да?
Вулф кивнул.
– Может быть, больше, но я думаю нет.
Кремер продолжал смотреть и пробормотал:
– О!
Вы думаете нет?
Он нагнулся вперед в кресле.
– Что было в пакете, который Гудвин только что положил в сейф?
– Нечто, что принадлежит мне… Минутку. – Вулф погрозил пальцем. – Не стоит кипятиться.
Я приглашаю вас сюда наблюдать при разоблачении убийцы Молли Лоук, и мистера Мак-Нэра, и мистера Геберта.
Я не буду обсуждать это, и я не хочу, чтобы вы вопили на меня.
Если бы я был так настроен, я мог бы пригласить вместо вас представителей газеты или мистера Морли из конторы окружного прокурора.
Почти любого.
Сэр, вы неблагодарны… Разве ссорятся с удачей?..
В два часа! И все Фросты должны быть здесь.
Хорошо, сэр?
– Будь я проклят. – Кремер взглянул на сейф. – Это красная коробка?!
Да?
Скажите мне это?
Вулф покачал головой.
– В два часа.
– Ладно.
Но послушайте.
Иногда вы становитесь слитком высокого мнения о себе.
Боже мой, вам бы лучше иметь ее.
– Я буду иметь, в два часа.
Инспектор снова посмотрел на сейф, покачал головой, засунул сигару между зубами и быстро ушел.
Глава 18
Все племя Фростов прибыло в одно и то же время, немного после двух, по уважительной причине; их сопровождали инспектор Кремер и Пэрли Стеббинс из уголовной полиции.
Пэрли ехал с Элен и ее матерью в темно-синей машине, которая, я полагаю, принадлежала Элен, а Кремер привез двух мужчин в своем собственном автобусе.
Обед кончился, и я выглядывал из окна, когда они подъехали. Я стоял и наблюдал, как они высадились, а затем пошел в прихожую, чтобы впустить их.
Мне были даны инструкции проводить их прямо в кабинет… Я нервничал, как конгрессмены в день выборов.
Я ознакомился с самыми важными моментами в программе Вулфа.
Ему стало хорошо и полезно придумывать эти хитрые шарады, поскольку дело касалось его самого, потому что у него не было никаких нервов, и он был слишком самонадеянным, чтобы страдать от каких-нибудь мучительных опасений неудачи. Но я сделан из другого теста, и мне не нравилось то чувство, которое вызывало у меня это дело.
Правда, перед самым обедом Вулф заявил, что нам предстоит рискованная и неприятная задача, но серьезно это не имел в виду, он просто обратил мое внимание на тот факт, что готовится успешно завершить очень запутанное дело.
Я впустил посетителей, помог им в прихожей отделаться от шляп и верхней одежды и провел их в кабинет.
Вулф сидел за своим письменным столом и кивком поздоровался с каждым их них.
Я уже расставил стулья, а теперь рассаживал гостей.
Элен – ближе всех к Вулфу, с Кремером с левой стороны и Луэлином вслед за Кремером; дядя Дадли недалеко от меня так, что я мог достать до него и заткнуть ему пасть, если понадобится, а миссис Фрост по другую сторону от Дадли, в большом кожаном кресле, которое обычно стояло около большого глобуса.
Ни один из них не выглядел очень праздничным.
Луэлин совсем перекосился, и его лицо имело серый оттенок. Я полагаю, от нитробензола, к которому он слишком близко находился.