Миссис Фрост совсем не была подавлена, но выглядела бледной в черном платье.
Элен в темно-коричневом костюме и в шляпке того же цвета скрутила свои пальцы, как только села, уставилась на Вулфа и сидела в таком положении.
Дадли смотрел на всех и извивался, выражая неудовольствие.
Вулф сказал негромко инспектору:
– Ваш человек, мистер Кремер.
Может быть, он подождет на кухне.
Кремер проворчал:
– Он надежный.
Он никого не укусит.
Вулф покачал головой.
– Нам он не нужен.
Кухня будет для него лучше.
Кремер выглядел так, как будто хотел поспорить, но передумал, пожав плечами.
Он повернулся.
– Пойдите на кухню, Стеббинс, я крикну вам, если вы мне понадобитесь.
Пэрли бросил на меня кислый взгляд, но повернулся и вышел.
Вулф подождал, пока дверь за ним не закрылась, прежде чем заговорить. Он обвел всех сидящих глазами.
– Ну вот, вы здесь.
Хотя я понимаю, что вы пришли по приглашению мистера Кремера, тем не менее я благодарю вас за это.
Но мне было желательно, чтобы вы все были здесь, хотя от вас ничего не ожидается.
Дадли Фрост заболтал.
– Мы пришли потому, что нам пришлось прийти… Вы знаете это.
Что еще мы могли сделать при таком отношении полиции.
– Мистер Фрост, пожалуйста…
– В этом нет никаких «пожалуйста»!..
Я просто хочу сказать, хорошо, что от нас ничего не ожидают, потому что не получите этого!..
Ввиду смешного отношения полиции мы отказываемся подвергаться какому-либо дальнейшему опросу, если только не будет присутствовать адвокат, И я сказал об этом инспектору Кремеру.
И я лично отказываюсь произнести хоть бы одно слово!..
Ни одного слова!
Вулф направил на него укоризненно палец.
– В случае, если вы действительно имеете это в виду, мистер Фрост, я обещаю не принуждать вас; сейчас еще одно хорошее основание не допускать никаких адвокатов.
Я говорил: от вас ничего не будем ждать, кроме как послушать объяснение.
Вам не будут задавать никаких вопросов.
Я предпочитаю сам вести разговор, а я должен сказать многое. Между прочим, Арчи, мне, пожалуй, нужно иметь эту вещь под рукой.
Это был ключ к первому важному моменту.
У меня роль была немая.
Но у меня была своя доля участия в этом спектакле.
Я встал и подошел к сейфу, достал сверток Сола Пензера и положил его на письменный стол перед Вулфом; но оберточная бумага была снята перед завтраком.
То, что я положил туда, – это была старая коробка из красной кожи, выцветшая, потертая и поцарапанная, примерно десять дюймов длиной, четыре шириной и два глубиной.
С одной стороны были опоры для двух позолоченных петель для крышки, а на другой – маленькая золоченая накладка с отверстием для ключа.
Вулф едва взглянул на нее и отодвинул ее на одну сторону стола.
Я снова сел и взял свою записную книжку для стенографии.
В комнате зашевелились, но никаких замечаний не было.
Все они смотрели на красную коробку, за исключением Элен Фрост, она не отрывала глаз от Вулфа.
Инспектор Кремер выглядел настороженным и задумчивым, с глазами, тоже устремленными на красную коробку.
Вулф заговорил с внезапной резкостью.
– Арчи, мы можем обойтись без твоих заметок.
Большая часть слов будет произнесена мной, а я их не забуду… Но – пожалуйста, возьми оружие и держи его в руке.
Если это будет необходимо, примени его.
Мы не желаем, чтобы кто-нибудь разбрызгивал здесь нитробензол… достаточно. Мистер Фрост, говорю вам, прекратите дергаться.