Кремер поднял руку.
– Все в порядке, мадам.
Не будет вообще никакого принуждения…
– Очень хорошо.
Всем следует понять, что граждане имеют свои права, так же как и обязанности.
Двое или трое присутствующих захихикали.
Кремер пригласил меня взглядом присоединиться к нему, и мы пошли по коридору, а затем в указанную комнату.
Капитан Диксон на этот раз даже не потрудился бросить на нас свой взгляд. Вероятно, краем глаза он уже определил личность вошедших.
Кремер заворчал и уселся на один из обитых шелком стульев, поставленных у перегородки.
– Теперь, когда мы уже готовы начать, – проворчал он, – думаю, что все нами задуманное – бесполезно.
Капитан Диксон издал нечто среднее между курлыканьем голубя и ревом свиноматки вместе со своим потомством.
Я разложил верхние четыре коробки Ройал Медли из стопки и положил их на пол, под стол, с глаз долой, а в руки взял только одну.
– Все? – спросил я Кремера. – Мне говорить?
Он кивнул.
Дверь открылась, и один из шпиков ввел женщину средних лет в обтекаемой шляпе цвета первого слоя краски, которую накладывают на железный мост.
Она остановилась и оглянулась без особого любопытства.
Я протянул к ней руку.
– Бумагу, пожалуйста.
Она вручила мне листочки бумаги, а я дал один капитану Диксону и оставил себе другой.
– Теперь, миссис Боллин, пожалуйста, делайте то, что я попрошу, естественно, как вы сделали бы это в обычных условиях, без колебаний или нервозности.
Она улыбнулась мне.
– Я не нервная.
– Хорошо. – Я протянул ей коробку. – Возьмите конфетку.
Ее плечи не без изящества поднялись и опустились.
– Я редко ем конфеты.
– Нам не нужно, чтобы вы ели.
Просто возьмите конфетку.
Пожалуйста.
Она, не глядя, опустила руку в коробку, поймала «крем в шоколаде» и подняла конфету вверх.
Я сказал:
– Хорошо.
Положите ее обратно, пожалуйста.
Вот и все.
Благодарю вас.
До свидания, миссис Боллин.
Она оглянулась на нас и сказала дружелюбно, но с удивлением: – Ну и ну! – и ушла.
Я склонился над столом, поставил галочку в углу ее листика бумаги и цифру шесть под ее именем.
Кремер заворчал:
– Вулф сказал: надо делать три пометки.
– Да.
Он предлагал учитывать и наше мнение.
Но мне кажется, что, если эта дама и была в чем-нибудь замешана, то даже Ниро Вулф никогда бы не выяснил этого.
Диксон издал очередной звук, средний между криками южноафриканской антилопы и трехпалого ленивца.
Дверь открылась, и вошла высокая стройная женщина в плотно облегающем длинном черном пальто с черно-бурой лисой. Она, вероятно, страдала гигантоманией.
Губы ее были крепко сжаты. Она пристально посмотрела на нас глубоким сосредоточенным взглядом.
Я взял ее листочки и передал один Диксону.
– Теперь, мисс Клеймор, пожалуйста, делайте то, что я вас попрошу, так, как будто вы у себя дома, без колебания или нервозности.
Хорошо?
Она немного поежилась, но я уже протянул ей коробку.
– Возьмите одну конфету.