Вы тоже хотите пива?
Мак-Нэр не обратил никакого внимания на слова Вулфа.
Он сказал спокойно:
– Я шотландец, мистер Вулф.
Допускаю, что я дурак.
В чем-то жизненно важном я слаб, но, может быть, вы знаете, каким упорным бывает иногда слабый человек. – Он слегка наклонился вперед, и голос его прозвучал тише: – То, что я сказал вам относительно коробки конфет, я буду повторять до моего смертного часа.
– Вот как. – Вулф оглядел его. – Ну что ж, вы, по-видимому, не сознаете, что мой разговор с вами еще далеко не самое неприятное, что вам предстоит… Если я достаточно быстро не раскрою этот случай, мне придется сообщить полиции о том, что знаю. Это мой долг в отношении мистера Кремера, так как я договорился с ним о сотрудничестве.
Если вы будете настаивать на той абсурдной истории, которую вы рассказали мне, они сочтут, что вы виновны; они будут мучить вас, упрячут в каземат и станут бесконечно терзать. А может, и побьют, хотя это маловероятно по отношению к человеку вашего положения. Они лишат вас достоинства, предприятия и пищеварения.
В конце концов, они могут даже казнить вас на электрическом стуле.
Я сомневаюсь в том, что вы настолько глупы, чтобы упорствовать до такой степени.
– Я достаточно упрям, – подтвердил Мак-Нэр, – но не настолько глуп, чтобы не знать, что делаю.
Я устал и измучен… У меня нет никакого выхода, но я знаю, что делаю.
Вы думаете, что вынудили меня признать кое-что, привезя сюда Элен и воздействуя на нее, но я все равно бы вам признался.
Но есть и еще кое-что.
Фактически я только что сказал вам, что часть моего рассказа о коробке – неправда, но я намерен утверждать ее.
У меня не было никакой необходимости рассказывать вам это. Я мог бы сказать вам явную неправду и заставить вас поверить в нее.
Я не делаю этого потому, что не хочу, чтобы вы считали меня глупее, чем я есть.
Я хотел, чтобы вы по возможности составили хорошее мнение обо мне. Поэтому я прошу вас оказать мне очень важную услугу.
Я приезжал повидать Элен, это правда, и посмотреть, как она себя чувствует, но я приехал также сюда просить вас об одолжении.
Я хочу, чтобы вы приняли наследство, которое будет указано в моем завещании.
Вулфа нелегко было удивить, но эти слова поразили его.
Он смотрел на Мак-Нэра с нескрываемым изумлением.
Меня это тоже поразило. Слова прозвучали бесцеремонно, как если бы Мак-Нэр действительно пытался подкупить Ниро Вулфа, чтобы умерить его пыл. Это была такая необычайная идея, что я начал восхищаться им и уставился на него с возросшим интересом.
Мак-Нэр продолжал:
– То, что я хочу завещать вам, – это ответственность.
И… небольшая часть… Удивительно, что мне приходится просить об этом именно вас.
Я живу в Нью-Йорке двенадцать лет и понял на днях, когда у меня была возможность подумать над этим, что у меня нет ни одного друга, которому я мог бы доверить нечто более важное, чем моя жизнь.
Сегодня у моего адвоката мне потребовалось назвать такое лицо, и я назвал вас.
Это поразительно, ибо я видел вас только один раз, в течение нескольких минут вчера утром.
Но мне показалось, что вы тот человек, который будет необходим в случае моей смерти.
Сегодня я навел некоторые справки и думаю, что вы именно то лицо, которое мне нужно.
Это должен быть человек с характером, безукоризненно честный и которого нельзя одурачить.
Я не знаю никого, кто бы был таким, а это нужно сделать сегодня. Поэтому я решил рискнуть и назвал вас.
Мак-Нэр соскользнул на край кресла и ухватился обеими руками за стол Вулфа. Я видел, как мускулы на его шее напряглись.
– В завещании предусмотрено, что вам будет заплачено за посредничество, и это будет достаточно большое вознаграждение. Мое дело идет хорошо, и я был осторожен с капиталовложениями.
Для вас это будет просто другая работа, но для меня, в случае моей смерти, это чрезвычайно важно… Если бы только я мог быть уверен… уверен, мистер Вулф. О, тогда душа моя была бы спокойна!
Сегодня днем я пошел в контору моего адвоката, составил завещание, и назвал вас.
Я оставил вам… эту работу.
Мне бы следовало прийти к вам сначала, но я не хотел допускать ни малейшей возможности, что завещание не будет записано на бумаге черным по белому и подписано… Конечно, я не могу оставить все в таком виде без вашего согласия.
Вы должны дать его, тогда я буду спокоен.
Плечо Мак-Нэра стало дергаться, и он ухватился за край стола еще крепче.
– Сядьте хорошенько в кресло, мистер Мак-Нэр, – сказал Вулф, – вы доведете себя до припадка.
Вы что, ждете смерти?
– Всего, чего угодно…
– Скверное состояние ума.
Но, очевидно, он практически перестал у вас функционировать.
Вы говорите бессвязно.
Конечно, вы теперь полностью отрицаете вашу позицию относительно отравленных конфет… Очевидно…
Мак-Нэр вмешался:
– Я назвал вас.