Подбородок она держала неестественно высоко, чтобы поддержать свое мужество.
– Вам… всем вам нужно познакомиться с мистером Гудвином.
Вчера утром при… этой истории с конфетами, устроенной полицией… Я наняла Ниро Вулфа расследовать смерть дяди Бойда, а мистер Гудвин работает на него.
Дадли Фрост заорал из своего кресла:
– Лу, подойди сюда!
Проклятие, что за чепуха…
Луэлин Фрост поспешил к нему, чтобы остановить это. Перрен Геберт подошел к нам и улыбнулся мне.
– А!
Парень, который не выносит сцен.
Вы помните, я рассказывал вам, Каллида?
Он перенес улыбку на мисс Фрост.
– Моя дорогая Элен!
Вы наняли мистера Вулфа?
Являетесь ли вы одной из Эриний?
Алекто, Мегера?
Тизифона ?.. – где же ваши змеевидные волосы?..
Итак, можно действительно все купить за деньги, даже месть?
Миссис Фрост тихо сказала ему:
– Прекратите, Перрен.
– Я не покупаю мщение. – Элен немного покраснела. – Я сказала вам сегодня утром, Перрен.
Вы особенно неприятны… Вам лучше не доводить меня до слез опять, или я… Хорошо, не надо.
Да, я наняла мистера Вулфа, и мистер Гудвин пришел поговорить с вами.
– Со мной? – Перрен пожал плечами. – О Бойде?
Если вы просите, он может поговорить, но я предупреждаю его, пусть не ждет многого.
Полиция была здесь большую часть дня, и я понял, как мало в действительности знаю о Бойде, хотя был знаком с ним более двадцати лет.
Я сказал:
– Я давно перестал ждать.
Все, что вы скажете мне, все пригодится. Предполагается, что я поговорю с вами тоже, миссис Фрост.
И с вашим деверем.
Я должен сделать заметки, а записывание стоя вызывает у меня судороги…
Она кивнула мне и повернулась.
– Здесь, я думаю…
Она пошла в ту сторону, где сидел Дадли Фрост, я последовал за ней.
Ее прямая спина была изящна, и она была очень подвижна для своего возраста.
Луэлин стал приносить кресла, и Геберт подошел с одним.
Когда мы уселись, я вытащил мою записную книжку и карандаш. Я заметил, что Элен все еще нужно было держать себя в руках, но вот ее матери это было не нужно.
Миссис Фрост заговорила:
– Я надеюсь, вы понимаете это, мистер Гудвин.
Это ужасная вещь, это страшная вещь, мы все были очень давние друзья мистера Мак-Нэра, и нам тяжело говорить об этом.
Я знала его всю жизнь, с детства.
– Да, конечно, – сказал я, – вы шотландка?
Она кивнула.
– В девичестве я носила фамилию Бухан.
– Так Мак-Нэр и сказал нам. – Я поднял глаза от записной книжки, что было моей привычкой в тех случаях, когда я не мог смотреть, не отводя глаз от жертвы.
Но она не отпрянула в смущении, она просто снова кивнула.
– Да, я поняла из того, что сказал полисмен, что Бойден многое рассказал мистеру Вулфу из своего прошлого.
Конечно, у вас то преимущество, что вы знаете, что он хотел сказать мистеру Вулфу.
Я, естественно, знала, что Бойден был нездоров… его нервы.
Геберт добавил:
– Он был в очень плохом состоянии, что называется, развалиной.