Когда она минут через пять вернулась в коридор, лестницы там уже не было.
Куда же она исчезла?
Если бы Жюльена не было в доме, это нимало не обеспокоило бы ее.
Но сейчас — если муж увидит эту лестницу! Страшно подумать, что из этого может произойти.
Г-жа де Реналь бросилась искать ее по всему дому.
Наконец она нашла ее под самой крышей, куда ее втащил и даже, по-видимому, припрятал лакей. Это было престранное происшествие, и в другое время оно, несомненно, испугало бы ее.
«А не все ли равно, — подумала она, — что может случиться через двадцать четыре часа, когда Жюльена здесь не будет?
Все уж тогда превратится для меня в один сплошной ужас и угрызения».
У нее смутно мелькнула мысль, что для нее это будет смерть, — ах, не все ли равно!
После такой разлуки — и ведь она думала, что это уж навсегда, — судьба вернула ей Жюльена, она снова с ним, а то, что он сделал, чтобы добраться до нее, показывает, как сильно он ее любит! Она рассказала Жюльену про историю с лестницей.
— Но что же я скажу мужу, — говорила она, — если лакей донесет ему, что нашел лестницу?
— Она с минуту подумала.
— Им понадобится по меньшей мере двадцать четыре часа, чтобы найти крестьянина, который тебе ее продал… — И, бросившись в его объятия и судорожно сжимая его, она воскликнула: — Ах!
Умереть, умереть бы вот так! — и, прильнув к нему, осыпала его поцелуями.
— Но все-таки я не хочу, чтобы ты умер с голоду, — сказала она, смеясь.
— Идем, я тебя сейчас спрячу в комнате госпожи Дервиль, она у нас всегда на запоре.
— Она пошла караулить в самый конец коридора, а Жюльен бегом пробежал в соседнюю комнату.
— Смотри, не открывай, если постучат, — сказала она, запирая его, — а впрочем, это могут быть только дети: им может прийти в голову затеять здесь какую-нибудь игру.
— Ты их приведи в сад под окошко, мне хочется на них посмотреть, и пусть они поговорят.
— Да! Да! Непременно! — крикнула она ему уходя.
Она скоро вернулась с апельсинами, бисквитами и бутылкой малаги; хлеба ей не удалось стащить.
— А муж твой что делает? — спросил Жюльен.
— Пишет, у него там какие-то сделки с крестьянами.
Но пробило уже восемь часов, и в доме поднялась обычная утренняя суета.
Не покажись г-жа де Реналь, ее стали бы искать повсюду.
Ей пришлось покинуть Жюльена.
Но скоро она опять появилась и, пренебрегая всякой осторожностью, принесла ему чашку кофе: она боялась только одного — как бы он у нее не умер с голоду.
После завтрака ей удалось привести детей под окна комнаты г-жи Дервиль.
Он нашел, что они очень выросли, но ему показалось, что они как-то погрубели, а может быть, это он сам изменился.
Г-жа де Реналь заговорила с ними о Жюльене.
Старший очень дружелюбно вспоминал о своем наставнике и сожалел о нем, но оба младшие, как оказалось, почти совсем забыли его.
Г-н де Реналь не выходил из дому в это утро: он без конца бегал вверх и вниз по лестнице и сновал по всему дому, занятый своими сделками с крестьянами, которым он продавал картофель.
До самого обеда у г-жи де Реналь не нашлось ни одной минутки, чтобы навестить своего узника.
Когда позвонили к обеду и подали на стол, ей пришло в голову стащить для него тарелку горячего супа.
И вот в ту самую минуту, когда она тихонько подходила к двери его комнаты, осторожно неся тарелку с супом, она вдруг столкнулась лицом к лицу с тем самым лакеем, который утром припрятал лестницу.
Он также тихонько крался по коридору и как будто прислушивался.
Должно быть, Жюльен неосторожно разгуливал у себя в комнате.
Лакей удалился, несколько сконфуженный.
Госпожа де Реналь спокойно вошла к Жюльену; эта встреча с лакеем очень напугала его.
— Ты боишься, — сказала она ему, — а я сейчас готова встретить любую опасность и глазом не моргну.
Я только одного боюсь: той минуты, когда останусь одна, после того как ты уедешь. — И она бегом выбежала из комнаты.
— Ах! — воскликнул восхищенный Жюльен — Только одни муки раскаяния и страшат эту удивительную душу!
Наконец наступил вечер.
Г-н де Реналь отправился в Казино.
Жена его заявила, что у нее ужаснейшая мигрень, и ушла к себе; она поторопилась отослать Элизу и, едва та ушла, тотчас же вскочила, чтобы выпустить Жюльена.
Оказалось, что он в самом деле умирает от голода.
Г-жа де Реналь отправилась в буфетную за хлебом.
Вдруг Жюльен услыхал громкий крик.
Г-жа де Реналь вернулась и рассказала ему, что она в темноте подошла к буфету, куда убирали хлеб, и едва протянула руку, как наткнулась на женское плечо.
Оказалось, что это Элиза, и ее-то крик и слышал Жюльен.