– …помешают проникновению обычной подлодки, – закончил за Вэллери Тиндалл.
Потом перешел на полушепот. – Помните, в прошлом месяце нам рассказывали о наших двухместных подлодках?
Их должны были доставить в Норвегию на норвежских рыболовных судах, которые курсируют у Шетлендских островов.
Возможно, такая же мысль возникла и у немцев.
– Вполне, – согласился Вэллери.
Он сардонически усмехнулся, кивнув в сторону линкора. – Вы только посмотрите на «Кемберленда». Идет прямо в открытое море.
Помолчав задумчиво, он снова взглянул на Тиндалла.
– Как вам это нравится, сэр?
– Что именно, командир?
– Эта базарная торговля, – криво улыбнулся Вэллери. – Видите ли, они не могут рисковать линейным кораблем, стоящим энное количество миллионов.
Поэтому старый «Кемберленд» убирается восвояси, а мы швартуемся на его прежнее место.
Бьюсь об заклад, немецкой морской разведке с точностью до дюйма известны координаты якорной стоянки линкора.
Эти миниатюрные лодки имеют на борту заряды ВВ, и если немцы собираются прикрепить их к днищу какого-то корабля, то не преминут прикрепить их к нашему днищу.
Тиндалл взглянул на Вэллери.
Лицо его было непроницаемо.
Акустик непрерывно докладывал о результатах гидропеленгования. Пеленг цели оставался неизменным, дистанция сокращалась.
– Совершенно верно, – проговорил адмирал. – Изображаем из себя мальчика для порки.
Черт возьми, не по нутру мне вся эта история. – Лицо его исказилось, он невесело засмеялся. – Хотя, что для меня?
Для команды – это действительно последняя капля.
Этот последний кошмарный поход, мятеж, штурмовая группа морских пехотинцев с «Кемберленда», боевая тревога в гавани… И после всего случившегося мы должны рисковать своей шкурой ради этого… этого подлого… – Не закончив фразы, он в сердцах выругался, потом спокойно продолжал: – Что же вы собираетесь сообщить экипажу, командир?
Происходит что-то невероятное, черт подери!
Я сам, того и гляди, начну бунтовать…
Тиндалл, замолчав, вопросительно посмотрел через плечо Вэллери.
Тот обернулся:
– Что случилось, Маршалл?
– Прошу прощения, сэр.
Я по поводу эхо-сигналов. – Он показал большим пальцем на .поверхность моря. – Наверное, подлодка, причем совсем маленькая?
Маршалл говорил с заметным канадским акцентом.
– Похоже, что так.
А в чем дело?
– Мы тут с Ральстоном пораскинули мозгами, – улыбнулся канадец. – И кое-что придумали.
Вглядываясь вперед сквозь мокрый снег, Вэллери отдал распоряжение на руль и в машинные отделения, затем повернулся к минному офицеру.
После приступа мучительного кашля, указывая на план якорной стоянки, командир проговорил:
– Если вы намереваетесь глубинными бомбами оторвать кораблю корму на таком мелководье…
– Нет, сэр.
Ко всему, мы вряд ли сумеем поставить взрыватели на достаточно малую глубину.
Я прикинул, вернее, не я, а Ральстон, что надо бы спустить на воду моторный баркас и захватить с собой несколько 25-фунтовых зарядов, 18-секундные запалы и химические взрыватели.
Правда, ударная сила зарядов невелика, но ведь и у мини-лодок корпус не ахти какой прочный.
Если же экипаж размещается не внутри, а снаружи этих штуковин, фрицам наверняка крышка.
Вэллери улыбнулся.
– Неплохо придумано, Маршалл.
Пожалуй, так и сделаем.
Что на это скажете, сэр?
– Попытка – не пытка, – согласился Тиндалл. – Лучше, чем ждать, пока нас самих ко дну пустят.
– Тогда за дело, минный офицер. – Вэллери изучающе посмотрел на него. – Кто у вас специалисты по подрывным работам?
– Я собирался захватить с собой Ральстона…
– Так и думал.
Никого вы с собой не возьмете, дружище.
Я не могу рисковать командиром минно-торпедной боевой части.
Маршалл тоскливо посмотрел на каперанга, затем покорно пожал плечами.