– Спуститесь вниз, принесите, пожалуйста, кофе.
– Кофе, сэр? – Бедняга был ошеломлен и растерян. – Кофе!
Но ведь… ведь мой брат…
– Я знаю, – мягко ответил Вэллери. – Знаю.
Прошу вас, сходите за кофе.
Крайслер, спотыкаясь, пошел к трапу.
Когда дверь командирской рубки затворилась за ним, Вэллери щелкнул выключателем и повернулся к старпому.
– Вот и толкуй тут о славной смерти в бою, – проговорил он спокойно. – Dulce el decorum … Вот тебе и гордые потомки Нельсона и Дрейка.
С той поры, как на глазах у Ральстона погиб его отец, не прошло и суток… А теперь этот мальчик.
Стоит, пожалуй…
– Я обо всем позабочусь. – Тэрнер понял командира с полуслова.
Он до сих пор не мог простить себе то, как он обошелся с Ральстоном накануне, хотя юноша готовно принял его извинение, да и потом выказывал знаки своего расположения.
– Отвлеку как-нибудь Крайслера, чтобы не видел, как открываем рубку… Садитесь, сэр.
Хлебните-ка отсюда. – Он слабо улыбнулся. – Все равно наш друг Уильямс выдал мою тайну… Эге!
Нашего полку прибыло.
Свет погас, и на тусклом фоне открытой двери появилась грузная фигура, заполнившая собой весь проем.
Дверь захлопнулась, и оба увидели Брукса, зажмурившегося от внезапно вспыхнувшей лампочки. Он раскраснелся и тяжело дышал.
Глаза его впились в бутылку, которую держал в руках Тэрнер.
– Ага! – проговорил он наконец. – Играем в бутылочки, не так ли?
Посуда, несомненно, принимается любая.
Найдя место поудобнее, он поставил свой саквояж и начал в нем рыться. В эту минуту кто-то резко постучал.
– Войдите, – произнес Вэллери.
Вошел сигнальщик и протянул депешу.
– Из Лондона, сэр.
Старшой говорит, что вы, может быть, захотите ответить.
– Благодарю.
Я позвоню вниз.
Дверь распахнулась и снова закрылась.
Вэллери взглянул на Тэрнера: руки его были уже пусты.
– Спасибо, что так быстро убрали следы преступления, – улыбнулся он.
Потом покачал головой. – Глаза… У меня что-то неладно с глазами.
Не прочтете ли вы радиограмму, старпом?
– А вы тем временем примите приличное лекарство, – прогудел Брукс, – вместо этой дряни, которой потчует старший офицер. – Порывшись в саквояже, он извлек оттуда бутылку с янтарной жидкостью. – При всех достижениях современной медицины – вернее сказать, из всех медицинских средств, какими я располагаю, – ничего лучше этого я не смог сыскать.
– Вы сказали об этом Николлсу? – Вэллери лежал теперь, закрыв глаза, на кушетке. На бескровных губах его играла бледная улыбка.
– Да нет, – признался Брукс. – Еще успеется.
Выпейте!
– Спасибо.
Ну, выкладывайте добрые вести, Тэрнер.
– Добрые вести, говорите? – внезапное спокойствие в голосе Тэрнера ледяной глыбой придавило ожидавших ответа людей. – Нет, сэр, вести вовсе не добрые.
«Контр-адмиралу Вэллери, командующему 14-й эскадрой авианосцев и конвоем Эф-Ар-77. – Тэрнер читал монотонно и бесстрастно. – Согласно донесениям, «Тирпиц» с эскортом крейсеров и эскадренных миноносцев с заходом солнца вышел из Альта-Фьорда.
Значительная активность на аэродроме Альта-Фьорда.
Остерегайтесь нападения надводных кораблей под прикрытием авиации.
Примите все меры к тому, чтобы не допустить потерь среди кораблей и транспортов конвоя.
Начальник штаба флота. Лондон». Тэрнер подчеркнуто старательно сложил листок и положил его на стол.
– Великолепно, не правда ли? – проронил он. – Что-то они там ещё выкинут?
Вэллери приподнялся на кушетке, не замечая крови, которая извилистой струйкой сбегала у него из уголка рта.
Лицо его, было спокойно и неподвижно.
– Пожалуй, я теперь выпью этот стакан, Брукс, если не возражаете, – сказал он без всякого волнения. –
«Тирпиц».
«Тирпиц». – Он устало, словно во сне, помотал головой.