«Улучшить состояние!»
Каждому матросу двойную порцию.
Им это тоже понадобится. – Глотнув, он поморщился. Но не вкус рома вызвал у него гримасу отвращения. – Особенно похоронной команде, – добавил он.
Глава 10
В ПЯТНИЦУ пополудни
Щелкнул выключатель, и хирургическую палату, где начало темнеть, залило резким голубоватым светом.
Вздрогнув, Николлс проснулся и машинально прикрыл рукой утомленные веки: резало глаза.
Он прищурился и с усилием взглянул на стрелки ручных часов.
Уже четыре!
Неужели он так долго спал?
Боже, ну и колотун!
Восседая в зубоврачебном кресле, он с трудом повернул голову назад.
У двери стоял Брукс. Запорошенный снегом капюшон, словно венец, обрамлял его серебристые волосы. Онемевшими пальцами он пытался распечатать пачку сигарет.
Наконец ему удалось вытащить одну сигарету.
Держа в руке горящую спичку, он насмешливо поднял брови.
– Привет, Джонни!
Простите, что разбудил вас, но вы нужны командиру.
Правда, времени у вас ещё хватит. – Поднеся сигарету к угасающему пламени, он снова поднял глаза. – Как себя чувствуете?
Хотя чего тут спрашивать?
Я себя чувствую ещё хуже.
Не осталось ли у вас этой отравы?
– Отравы, сэр? – в тон ему ответил Николлс. – Она понадобилась вам только потому, что поставили ошибочный диагноз?
С адмиралом все будет в порядке, не волнуйтесь.
– О дьявол!
До чего же несносны зеленые юнцы, особенно в тех, слава Богу, редких случаях, когда они оказываются правы… Я имел в виду ту самую бутылку контрабандного зелья, что изготовлено на острове Молл.
– Колл! – поправил его Николлс. – Но это неважно, как оно называется, – все равно его больше нет. Это вы его выпили, – прибавил он недружелюбно.
Он устало усмехнулся при виде огорченного лица Брукса, затем, сжалившись, произнес: – Но бутылочка «Талис-кера» у нас найдется.
Подойдя к шкафчику с надписью «Яд», он отвинтил крышку флакона с наклейкой
«Лизол».
Он скорее услышал, чем увидел, как стекло коснулось стекла, и машинально, как бы со стороны, попытался определить, почему у него так сильно трясутся руки.
Брукс опустошил свой стакан и блаженно вздохнул, чувствуя, как по всему телу разливается благодатное тепло.
– Спасибо, мой мальчик, спасибо.
У вас налицо все задатки первоклассного лекаря.
– Вы так думаете, сэр?
А я нет.
Я больше так не думаю.
После сегодняшнего дня. – Он поморщился, вспомнив что-то. – Их было сорок четыре. Одного за другим, словно мешки с мусором, их побросали за борт. На все ушло каких-то десять минут.
– Сорок четыре? – поднял глаза Брукс. – Неужели так много?
– Не совсем, сэр.
Это число пропавших без вести.
Убитых человек тридцать, и Бог знает, сколько кусков и клочьев… В посту управления авиацией пришлось пустить в ход швабры и лопаты. – Он невесело усмехнулся. – Сегодня я не обедал.
Не думаю, что и у остальных из похоронной команды появился аппетит.
Задраю-ка я этот иллюминатор.
Он поспешно отвернулся от Брукса и пересек лазарет.
Невысоко над горизонтом сквозь редкий снежок он заметил мигающий свет вечерней звезды.
Значит, туман рассеялся – туман, который спас конвой, укрыл корабли от подводных лодок, когда транспорты резко повернули на север.
Он увидел «Вектру» с бомбосбрасывателями, на которых не оставалось ничего, даже отдаленно похожего на глубинные бомбы.
Увидел «Вайтуру», подбитый танкер, почти по палубу осевший в воду, который угрюмо тащился в хвосте конвоя.
Видел четыре транспорта типа «Виктори» – огромные, мощные, надежные и в то же время, при всей их кажущейся неуязвимости, какие-то жалкие.
Захлопнув водонепроницаемую крышку иллюминатора, туго закрутив все до последнего барашка, Николлс круто обернулся.