Но почему, старина, почему?
Вэллери покачал головой.
– Это заговор с целью лишить стариков вроде меня их послеобеденного сна, – простонал Тиндалл.
. – Скорей всего, у Старра возникла очередная блестящая идея, и он решил немного встряхнуть нас, – проворчал Тэрнер, старший офицер «Улисса».
– Только не это, – решительно произнес Тиндалл. – Он бы не посмел это сделать.
И потом, как мне кажется, он человек не злопамятный.
Воцарилась тишина – тишина, нарушаемая лишь шумом падающего града и зловещим щелканьем гидролокатора, доносившимся из динамика.
– Боже правый! Взгляните, сэр! «Герцог» утопил якорь! – вскинул к глазам бинокль Вэллери.
И действительно.
На «Герцоге Кемберлендском», чтобы не выбирать якорь, расклепали якорь-цепь, и теперь нос огромного корабля, начавшего движение, стал медленно поворачиваться.
– Какого черта!.. – Не закончив фразу, Тиндалл принялся изучать небо. – На горизонте ни одного самолета, ни единого парашюта. Ни радарной установкой, ни гидролокатором не обнаружено какой-либо цели. Нет ни малейшего признака того, что основные силы германского флота проникли через боновые заграждения…
– «Герцог» нам семафорит, сэр! – докладывал Бентли, старшина сигнальщиков.
Помолчав, он стал медленно читать:
«Немедленно займите место нашей якорной стоянки.
Пришвартуйтесь к северной бочке».
– Потребуйте подтверждения приказа! – резко проговорил Вэллери.
Потом взял у матроса-сигнальщика трубку телефона, связывавшего боевую рубку с полубаком.
– Первый лейтенант? Говорит командир.
Как якорь?
На панер?
Добро. – Он повернулся к вахтенному офицеру. – Обе машины малый вперед. Право десять градусов. Нахмурясь, вопросительно взглянул на Тиндалла, сидевшего у себя в углу.
– Игра в кошки-мышки, – проворчал Тиндалл. – А может, какая-нибудь другая игра, вроде испорченного телефона… Хотя нет, минуту!
Глядите!
Все пяти-с-четвертью-дюймовые орудия «Герцога» до отказа опущены вниз!
Взгляды Тиндалла и Вэллери встретились.
– Нет, не может быть!
Боже правый, вы полагаете?..
Донесшийся из динамика громовой голос акустика (его боевой пост находился сразу за боевой рубкой) послужил ответом на вопрос контр-адмирала.
Крайслер, старший акустик, говорил четко, неторопливо:
– На мостике!
Докладывает акустик!
Слышу эхо. Тридцать градусов левого борта.
Повторяю. Тридцать левого борта.
Эхо усиливается.
Дистанция сокращается.
Командир «Улисса» вскочил на ноги, но тут же замер как вкопанный.
– На пункте управления огнем!
Цель тридцать градусов левого борта!
Всем зенитным орудиям максимальный угол снижения.
Подводная цель.
Минный офицер, – обратился он к лейтенанту Маршаллу, – посты сбрасывания глубинных бомб – к бою!
Вэллери снова повернулся к Тиндаллу.
– Это невероятно, сэр!
Вражеская подлодка – очевидно, это она – где? в Скапа-Флоу?
Просто невозможно!
– Прин так не считал, – проворчал Тиндалл.
– Прин?
– Капитан-лейтенант Прин, тип, который торпедировал «Ройял Оук».
– Это не может повториться.
Новые боновые заграждения…