— Поехать в Америку?
Это совершенно невозможно, мсье.
В сердце старика шевельнулся испуг.
— Но ведь в Англию вы поедете, Николь?
Она покачала головой.
— Нет, мсье.
Я должна остаться во Франции.
Его захлестнуло горькое разочарование.
— Неужели, по-вашему, это разумно?
Франция захвачена немцами, и, пока война не кончится, жизнь здесь будет очень тяжелая.
Поедемте с нами в Англию, вы можете жить у меня в Эссексе или поехать с детьми в Америку.
Так будет гораздо лучше, Николь.
— Но, мсье, не могу же я бросить маму.
Он поколебался.
— Попробуйте вызвать ее и увезти с нами.
Во Франции будет очень трудно.
Николь покачала головой.
— Я знаю, нас ждет нелегкая жизнь.
Но мама в Англии станет тосковать.
Даже и я, пожалуй, стала бы тосковать… теперь.
— Разве вы уже бывали в Англии? — удивился Хоуард.
Опять она покачала головой.
— Мы сговорились, что я приеду в гости к Джону в октябре, когда он опять получит отпуск.
Наверно, он хотел тогда побывать со мной у вас.
А тут началась война, и не стало никаких отпусков… и ездить стало очень трудно.
Мне не удалось получить визу.
— Поедемте в Англию теперь, — мягко попросил старик.
— Нет, мсье.
— Почему же нет?
— Вы-то сами поедете с детьми в Америку?
Теперь уже он покачал головой.
— И хотел бы поехать, но едва ли смогу.
Вероятно, когда я вернусь на родину, для меня там найдется работа.
— Вот и я не могу оставить Францию, — сказала Николь.
Хоуард открыл было рот, готовый сказать, что это совсем не одно и то же, и не сказал.
Николь, видно, угадала его мысли.
— Можно быть либо француженкой, либо англичанкой, — сказала она. — Нельзя быть сразу и тем и другим.
Когда родина в беде, надо оставаться на родине и помогать ей, чем только можешь.
— Да, вы правы, — медленно промолвил Хоуард.
Но теперь ей нужно было все додумать и досказать.
— Если бы мы с Джоном… — она чуть запнулась. — Если бы мы поженились, я стала бы англичанкой, и тогда было бы по-другому.
Но теперь мне уже не стать англичанкой.
Одна я не научусь вашим обычаям и не сумею жить по-новому.
Мое место здесь, я должна остаться дома.
Вы меня понимаете?
— Понимаю, Николь.
— Хоуард минуту помолчал.
— С каждым днем я старею.
Когда эта война кончится, мне, наверно, нелегко будет путешествовать.
Вы приедете в Англию, погостите у меня хоть недолго?