— Ради самой сладкой жизни, неужели вы не можете подождать ленивого старого солдата, карабкающегося словно белка в колесе?
Они вновь поднимались, карабкаясь по огромному неподвижному лезвию лопасти, по массивной безжизненной оси.
Они бежали по огромному горизонтальному туннелю воздухозаборника и вышли на дно другой вертикальной шахты.
— Свет! — воскликнул Джон Стар.
— Небо!
Квадратное отверстие на верху шахты светилось, как кусок сала.
Хотя это было не небо, а всего лишь нижняя поверхность посадочной площадки.
Вверх по последней короткой лестнице, и вот, наконец, они стоят на крыше.
Плоская, выложенная пурпурным стеклом огромная крыша была усеяна отверстиями других вентиляционных шахт и загромождена гигантскими опорами, поддерживающими огромную платформу взлетной площадки еще в ста футах выше.
— Они узнают, что мы здесь, — тихо напомнил Джей Калам.
— Нельзя терять времени.
Они подбежали к краю крыши и снова стали карабкаться по диагональной решетке огромной вертикальной конструкции.
Последние пять футов вокруг края гигантской металлической конструкции Джон Стар прошел в одиночестве.
Цепляясь, словно муха, он осторожно перевалился через край грандиозного плоского стола.
Всего лишь в двухстах футах от него находился нос «Пурпурной Мечты».
Стройная яркая стрела — флагман — сияла под маленьким солнцем, жарко горевшим под прозрачной атмосферой Фобоса.
«Пурпурная Мечта»!
Всего лишь в тридцати ярдах были свобода и безопасность, возможность поиска Аладори.
Щеголеватая, красивая, новейшая, лучшая, быстрейшая! Лучший крейсер флота Легиона.
Великолепная надежда. И напрасная.
Воздушный шлюз был задраен, сверкающий корпус непроницаем.
В линии возле нее стояли наготове двенадцать вооруженных легионеров.
Что за безумие — пытаться вчетвером захватить ее!
Четверо избитых, измученных, ободранных, безоружных беглецов против тысяч, гонящихся за ними.
Что за безумие — пытаться захватить крейсер, самую мощную боевую машину в Системе!
Джон Стар знал, что это безумие. И все же отважился составить план.
ПЛАН
Он спустился обратно, к остальным, к холодному сосредоточенному Джею Каламу, порывистому молчаливому Халу Самду, хныкающему, скулящему Жилю Хабибуле.
— »Пурпурная Мечта» на месте.
Люк направлен в нашу сторону и задраен.
На страже — дюжина человек.
Однако, мне кажется, у нас есть выход.
— Какой?
Он объяснил, и Джей Калам кивнул, тихо задав несколько вопросов.
— Попытаемся.
Ничего другого не остается.
Они вновь спустились на крышу, причем Жиль Хабибула горько жаловался при каждом новом усилии.
Они пробежали по диагонали по пурпурным стеклянным черепицам, среди путаницы опор и устало взобрались на платформу за «Пурпурной Мечтой».
Опять Джон Стар взглянул сверху вниз на поверхность крыши.
Ни часовых, ни погони сейчас уже не было видно.
Этот титанический подъем в шахте, причем по последней тысяче ступенек против ураганного ветра, бегство через лезвие лопасти вентилятора — все это не должно было вязаться с планами преследователей.
Плоская платформа.
Бок «Пурпурной Мечты» в пятидесяти футах, сверкающая округлость обшивки.
Пурпурно-синее небо над ними и вдали.
— Пошли, — прошептал он.
— Все чисто.
Через несколько секунд он перебрался через край, хотя даже для его тренированного тела это было крайне тяжело.
Хал Самду с его помощью перебрался уже быстрее.
Жиль Хабибула, взгромоздясь на край, рыхлый, зеленолицый, взглянул вниз с трех тысячефутовой высоты на пурпурные крыши зданий и зеленую выпуклость крошечной планеты, и ему вдруг неожиданно стало крайне плохо…
— Тошнит! — застонал он.