— Белая, четко очерченная голова слегка и полуиронично кивнула.
— Благодарю за столь трогательное доверие ко мне.
Это верно, что я не хочу умирать, и верно, что Эрик очень глупо спутал планы задуманного мною предприятия. Эта девушка вовсе не должна была оказаться здесь.
— В таком случае, делайте то, что я вам сказал.
Джон Стар внимательно посмотрел на гордое лицо с темными кругами под глазами, выглядевшее, тем не менее, благородным.
При всей ненависти к тому, что делал его родственник, он увидел на этом лице уверенность, волю и силу. — Я сделаю все, что смогу.
— Очень хорошо, — сказал Джей Калам.
— Вы можете связаться с ними отсюда, с борта?
— С помощью коротковолнового передатчика, — сказал командор.
— Видите ли, медузиане нечувствительны к звуку: хотя люди Эрика назвали их именем земных студенистообразных, однако они ни на что в Системе не похожи.
Они общаются непосредственно короткими радиоволнами.
Я знаю код, разработанный людьми Эрика, — я общался из Пурпурного Холла с агентами, которых они заслали в Систему.
— Действуйте, — сказал Джей Калам.
— Пусть этот корабль даст соединительный трос, прежде чем мы рухнем.
Пусть они доставят к нам на борт в целости и сохранности Аладори и дадут нам все, что понадобится для ремонта геодинов.
И пусть откроют барьер, чтобы мы смогли уйти, — не думаю, что мы сможем пережить еще один прорыв.
Пообещайте, что хотите, но вам лучше быть убедительным.
— Я сделаю все, что смогу.
И Адам Ульмар уселся за компактную панель корабельного передатчика. Лицо его было серьезным и напряженным.
Он быстро нашел нужную частоту, потом начал произносить в микрофон звуки вместо слов — неприятное урчание, свист и щелчки.
Ответ, неожиданно раздавшийся из приемника, все же был для них странным.
Голоса медузиан представляли собой пронзительный шепот, сухой и злобный, столь омерзительно-неземной, что Джон Стар, прислушиваясь, задрожал от озноба и невыносимого ужаса.
Адам Ульмар тоже, видимо, обнаружил нечто ужасное в услышанном.
Длинная челюсть его отвисла от удивления.
Он вдруг задрожал, красивое лицо его побелело и покрылось жемчужными каплями пота.
Неподвижные глаза стали темными, блестящими.
Он опять начал произносить в передатчик тихие пронзительные звуки, и в горле у него так пересохло, что он едва мог говорить.
Из приемника послышался сухой скрип.
Он долго прислушивался, глядя в никуда.
Наконец, чужие звуки умолкли.
Он механически потянулся белой дрожащей рукой к выключателю и поднялся на одеревеневших ногах.
— Что это было? — выдохнул Джон Стар.
— Что они сказали?
— Ничего хорошего, — равнодушно ответил Адам Ульмар.
Он вцепился в поручни, чтобы устоять на ногах.
— Худшее, что могло произойти.
Случилось то, чего я боялся с того самого мига, когда услышал о дурацком союзе Эрика.
Его большие глаза глядели на динамик, ничего не видя.
— Что случилось? — настойчиво спросил Джон Стар.
Адам Ульмар потер дрожащей рукой покрытый потом лоб.
— Я не могу решиться сказать тебе, Джон.
Потому что ты будешь винить меня за это.
И, мне кажется, я и впрямь виноват. Это я послал сюда Эрика с экспедицией, и он получил шанс стать героем.
Эрик Второй!
— Он невесело усмехнулся.
— Да, я виноват.
— Но что они сказали?
Его стеклянные глаза с немой мольбой взглянули в лицо Джона Стара.
— Пожалуйста, не думай, Джон, что это я задумал!
Однако медузиане, похоже, провели Эрика и всех остальных.