Теперь вы понимаете?
Я согласился, что идея, по крайней мере, была нова.
— Это идея мистера Мертуэта столько же, сколько и моя, — сказал мистер Брефф.
— Может быть, она никогда не пришла бы мне в голову, если бы не разговор с ним.
Если мистер Мертуэт прав, индусы тоже будут стеречь возле банка в конце месяца, — и что-нибудь серьезное, может быть, произойдет тогда… Что из этого выйдет, совершенно безразлично для вас и для меня, — кроме того, что это поможет нам схватить таинственного “некто”, заложившего алмаз.
Человек этот, поверьте моему слову, причиною (не имею претензий знать в точности, каким образом) того положения, в котором вы очутились в эту минуту, и только один этот человек может возвратить вам уважение Рэчель.
— Не могу отрицать, — сказал я, — что план, предлагаемый вами, разрешит затруднение очень смелым, очень замысловатым и совершенно новым способом, но…
— Но у вас имеется возражение?
— Да.
Мое возражение заключается в том, что ваше предложение заставляет нас ждать.
— Согласен.
По моим расчетам, вам придется ждать приблизительно около двух недель.
Неужели это так долго?
— Это целая вечность, мистер Брефф, в таком положении, как мое.
Жизнь будет просто нестерпима для меня, если я не предприму чего-нибудь, чтобы тотчас восстановить свою репутацию.
— Ну, ну, я понимаю это.
Вы уже придумали, что можно сделать?
— Я придумал посоветоваться с сыщиком Каффом.
— Он вышел в отставку.
Бесполезно ожидать, чтобы Кафф мог вам помочь.
— Я знаю, где найти его, и могу попытаться.
— Попытайтесь, — сказал мистер Брефф после минутного размышления.
— Дело это приняло такой необычайный оборот после окончания следствия сыщика Каффа, что, может быть, вы его заинтересуете.
Попытайтесь и сообщите мне результат.
А пока, — продолжал он, — если вы не сделаете никаких открытий до конца месяца, я со своей стороны добьюсь чего-нибудь, устроив слежку у банка.
— Конечно, — ответил я, — если только я не избавлю вас от необходимости сделать этот опыт.
Мистер Брефф улыбнулся и взял шляпу.
— Передайте сыщику Каффу, — ответил он, — мои слова: разгадка тайны алмаза кроется в разгадке того, кто его заложил.
И сообщите мне, какого мнения об этом опытный сыщик Кафф.
Так мы расстались с ним в этот вечер.
На следующее утро я отправился в маленький городок Доркинг — в то самое место, куда удалился сыщик Кафф, как сообщил мне Беттередж.
Расспросив в гостинице, я получил необходимые указания, как найти коттедж сыщика.
К нему вела тихая проселочная дорожка в некотором расстоянии от города, и коттедж стоял уютно среди садика, окруженного позади и по бокам хорошей кирпичной стеной, а спереди высокой живой изгородью.
Калитка со щегольской, выкрашенной сверху решеткой была заперта.
Позвонив в колокольчик, я заглянул сквозь решетку и повсюду увидел любимые цветы знаменитого Каффа: они цвели в его саду гроздьями, они заслоняли его двери, они заглядывали ему в окна.
Вдали от преступлений и тайн великого города знаменитый сыщик, гроза воров, спокойно доживал сибаритом последние годы своей жизни, с головой уйдя в свои розы.
Почтенная пожилая женщина отворила мне калитку и тотчас разрушила мои надежды на помощь сыщика Каффа.
Он только накануне уехал в Ирландию.
— Он уехал туда но делу? — спросил я.
Женщина улыбнулась.
— Теперь у пего только одно дело, сэр, — сказала она, — розы.
Один знаменитый садовник в Ирландии изобрел какой-то новый способ разведения роз, и мистер Кафф поехал узнать о нем.
— Вы не знаете, когда он вернется?
— Совершенно не знаю, сэр.
Мистер Кафф сказал, что он может вернуться и тотчас, и задержаться, смотря по тому, найдет ли он новый способ стоящим или нестоящим изучения.
Если вам угодно передать ему что-нибудь, я позабочусь об этом, сэр.
Я отдал ей мою карточку, написав на ней карандашом:
“Имею сообщить вам кое-что о Лунном камне.
Уведомите меня, как только вернетесь”.
После этого мне ничего более не оставалось, как покориться обстоятельствам и вернуться в Лондон.