Дэвид Герберт Лоуренс Во весь экран Любовник леди Чаттерли (1928)

Приостановить аудио

Только изредка воспарит душа, пробившись сквозь толщу воды в царство эфира, чтобы глотнуть живительного воздуха.

Я уверен, то, чем мы дышим, - морская вода, а мужчины и женщины - разновидности глубоководных рыб.

Иногда душа, как птица, выпархивает-в экстазе на свет Божий после длительного разбоя в подводных глубинах.

Такова уж видно наша планида - заглотив добычу, всплыть наверх и улететь в чистейшие эфирные сферы, позабыв на время воды древнего Океана.

Когда я говорю с миссис Болтон, я чувствую, как меня тянет все глубже, глубже, на самое дно, где плавают, извиваясь, люди-рыбы. Плотоядные аппетиты понуждают терзать добычу, и снова вверх, вверх из тягучей влаги в разреженный эфир; из жидкости в сухость.

Тебе я могу описать весь этот процесс.

Но с миссис Болтон я только погружаюсь все глубже и под конец, как ни ужасно, сам путаюсь среди водорослей и бледных придонных чудовищ.

Боюсь, что мы потеряем нашего лесничего.

Эта скандальная история с его беглой женой не затихла, а только еще разгорелась. В каких только неописуемых вещах его не обвиняют!

И что любопытно, этой женщине, этому омерзительному слизняку, - удалось склонить на свою сторону большинство шахтерских жен. И деревня сейчас кипит от злобы.

Я слыхал, что Берта Куттс повела осаду дома, где живет сейчас Меллорс, предварительно перевернув вверх дном в нашем Коттедже и лесной сторожке.

А на днях она попыталась было отобрать свою дочь; эта маленькая Ева возвращалась из школы домой, мать подошла к ней и взяла за руку. Но вместо того, чтобы поцеловать любящую длань, девчонка сильно укусила ее, за что получила такую затрещину, что скатилась в канаву, откуда была извлечена негодующей бабушкой.

Эта женщина сумела-таки отравить ядовитой слюной все вокруг.

Она взахлеб расписывает постельные подробности, которые обычно погребены в недрах семейных спален и свято охраняются супругами.

Эксгумировав их после десятилетнего тлена, она устроила своеобразный вернисаж - зрелище поистине чудовищное.

Мне рассказали эти подробности Линли и доктор, последнего они немало позабавили.

Конечно, ничего особенного в них нет.

Человечество всегда испытывало повышенную тягу к необычным эротическим позам: и если мужу по вкусу тешиться с женой, выражаясь словами Бенвенуто Челлини, "на итальянский манер", что ж, как говорится, дело вкуса.

Но я думаю, вряд ли наш лесничий до такой степени искушен.

Не сомневаюсь, что Берта Куттс сама и научила его всему.

Как бы то ни было, это их личные проблемы, и никому не должно быть до них никакого дела.

Тем не менее, все только об этом и говорят, в том числе и я.

Лет десять назад общинное чувство пристойности в зародыше пресекло бы этот скандал.

Но этого чувства больше не существует; жены шахтеров поднялись на врага, и языки их неукротимы.

Можно подумать, что в последние пять-десять лет все тивершолльские младенцы были зачаты непорочно, а все наши матроны сияют добродетельностью почище самой Жанны д'Арк.

Тот факт, что наш достопочтенный егерь, возможно, любит развлекаться по-раблезиански, делает его в глазах тивершолльцев чудищем пострашнее Крипена.

Но ведь и тивершолльцы хороши, если верить всему, что о них говорит местная молва.

Но хуже другое: эта подлая Берта не ограничилась тем, что предала огласке собственный опыт и собственные беды.

На каждом перекрестке она кричала до хрипоты, что ее муженек держал у себя в доме гарем, и наугад назвала несколько имен, очернив репутацию вполне достойных женщин. Дело, как видишь, зашло слишком далеко, и пришлось обратиться к блюстителям порядка.

Я пригласил к себе Меллорса, так как эта женщина буквально поселилась в нашем лесу.

Он пришел со своим обычным заносчивым видом: "Не троньте меня, и я вас не трону".

Тем не менее, я очень подозреваю, что парень чувствует себя, как та собака с привязанной к хвосту жестянкой, хотя, надо сказать, держится он, как будто никакой жестянки нет.

Но я слыхал, что, когда он идет по деревне, матери прячут от него детей, будто это сам маркиз де Сад...

Вид у него высокомерный, но боюсь, жестянка крепко-накрепко привязана к его хвосту, и он мысленно не раз повторил вслед за доном Родриго из испанской баллады: "Ужален я в то место, чем грешил!".

Я спросил его, сможет ли он дальше охранять лес как положено. Он ответил, что, по его мнению, он своими обязанностями не пренебрегает.

Я сказал ему, эта женщина нарушает право владения, что не очень приятно. Он ответил, что у него нет полномочий арестовать ее.

Тогда я намекнул на эту скандальную историю. "А-а, - сказал он, - баловались бы побольше со своими бабами, не стали бы перетряхивать чужую постель".

Он сказал это с ноткой горечи: без сомнения, в его словах есть доля правды.

Но вместе с тем, они прозвучали непочтительно и неделикатно.

Я ему и на это намекнул. В ответ отчетливо брякнула жестянка: "Не в вашем положении, сэр Клиффорд, - сказал он, - корить меня за то, что между ног у меня кое-что есть".

И подобные вещи он говорит всем и каждому, без разбора, что отнюдь не располагает к нему людей. И пастор, и Линли, и Берроуз, все в один голос говорят - с ним надо расстаться.

Я спросил его, верно ли, что он принимал в коттедже замужних женщин, на что он ответил: "А вам какое дело до этого, сэр Клиффорд?"

"Я не хотел бы, - ответил я, - чтобы и моего поместья коснулась порча нравов". "На чужой роток не набросишь платок, а тем более на роток тивершолльских красоток", - сказал он. Я потребовал все-таки, чтобы он сказал мне, честно ли он вел себя, живя на моей земле, и в ответ получил: "А почему бы вам не состряпать сплетню обо мне и моей суке Флосси?

И это неплохо на худой конец".

Словом, по части наглости с нашим лесничим тягаться трудно.

Тогда я спросил его, легко ли ему будет найти другую работу.

На что он ответил: "Если вы хотите этим сказать, что отказываете мне от места, то не страдайте, мне это проще пареной репы".

Так что, видишь, все разрешилось прекрасно, и в конце той недели он отсюда уедет. А пока начал посвящать в тайны своей нехитрой профессии младшего егеря Джо Чемберса.

Я сказал, что уплачу ему при расчете еще одно месячное жалованье.

Он мне ответил, что ему мои деньги не нужны: он не хочет облегчать мне угрызения совести.