— Как удивилась бы миссис Моффат, что ты так на это смотришь, и как она обрадуется, что у Энни еще есть шанс.
— Ах, Джо, матери смотрят на это по-разному, но надежда одна у всех — видеть своих детей счастливыми.
Мег счастлива, и я довольна ее положением.
Тебя я оставляю наслаждаться свободой, пока не надоест, так как только тогда ты поймешь, что есть в жизни и нечто более приятное.
Главная моя забота сейчас — Эми, но ей поможет ее благоразумие.
Относительно Бесс я не питаю никаких надежд, кроме той, что она будет здорова.
Кстати, она кажется веселее в последние дни.
Ты говорила с ней?
— Да, и она призналась, что ее что-то мучает, и обещала I со временем рассказать мне об этом.
Я не стала больше ни о чем спрашивать ее, так как, кажется, знаю причину. — И Джо изложила свою версию.
Миссис Марч покачала головой и не согласилась разделить столь романтическую точку зрения, но выглядела огорченной и повторила свое мнение о том, что ради Лори Джо должна на время уехать.
— Мы ничего не скажем ему заранее, а когда все будет готово, я исчезну, прежде чем он опомнится и начнет делать из этого трагедию.
Пусть Бесс думает, что я еду ради собственного удовольствия, — так оно, впрочем, и есть.
Я не могу поговорить с ней о Лори, но она сможет приласкать и утешить его, когда я уеду, и так вылечит его от романтических идей.
Он столько раз прошел через подобного рода мелкие испытания, что привык к ним, и скоро избавится от своей безнадежной любви.
Джо говорила с надеждой, но не могла отделаться от недоброго предчувствия, что это «мелкое испытание» окажется тяжелее других и что Лори не так скоро избавится от «безнадежной любви», как избавлялся до сих пор.
План был обсужден на семейном совете и одобрен. Миссис Кирк написала, что будет рада принять Джо и постарается хорошо устроить ее у себя.
Работа обеспечит ей материальную независимость, а свой досуг она сможет сделать доходным, занимаясь литературой; в то же время новые впечатления и знакомства будут и приятны, и полезны.
Джо привлекала такая перспектива, и она горела желанием уехать — семейное гнездо становилось слишком тесным для ее деятельной натуры и мятежного духа.
Когда все было окончательно решено, она со страхом и трепетом сказала Лори о своем отъезде, но, к ее удивлению, он принял это очень спокойно.
В последнее время он стал серьезнее, чем обычно, но оставался все таким же милым и любезным, а когда его шутливо обвинили в том, что он опять «начинает новую страницу», ответил серьезно:
— Да, и хочу, чтобы предыдущая осталась перевернутой навсегда.
Джо испытывала большое облегчение от того, что приступ добродетельности случился у него именно в этот период, и готовилась к отъезду с легким сердцем — поскольку Бесс казалась более веселой — и надеясь, что поступает так, как лучше для всех.
— Я хочу поручить кое-что твоей особой заботе, — сказала она Бесс перед отъездом.
— Твои бумаги?
— Нет, моего мальчика.
Будь очень добра к нему, хорошо?
— Конечно буду, но я не смогу заменить тебя, и ему будет очень грустно без его Джо.
— Это ему не повредит; помни, я оставляю его на твое попечение — мучить, баловать и обуздывать.
— Я постараюсь, ради тебя, — обещала Бесс, удивляясь, почему Джо смотрит на нее так странно.
Прощаясь, Лори шепнул со значением:
— Бесполезно, Джо.
Я слежу за тобой, так что думай, что делаешь, или я приеду и увезу тебя домой.
Глава 10
Дневник Джо
Нью-Йорк, ноябрь
Дорогие мои мама и Бесс,
я собираюсь написать вам целый том! У меня куча новостей, хоть я и не очаровательная юная леди, путешествующая по Европе.
Когда милое папино лицо скрылось из виду, я чуть погрустнела и вполне могла бы пролить пару горьких слез, если бы меня не отвлекло ирландское семейство с четырьмя малышами, которые плакали один громче другого; и я забавлялась тем, что кидала кусочки имбирной коврижки на их скамью, как только они открывали рты, чтобы зареветь.
Скоро вышло солнце, и, приняв это за доброе предзнаменование, я от всей души радовалась поездке.
Миссис Кирк встретила меня так доброжелательно, что я сразу почувствовала себя как дома, хотя в этом большом пансионе полно незнакомых людей.
Она отвела мне забавную маленькую гостиную под самой крышей — единственная свободная комната, какая у нее есть, — но там стоит печь и отличный стол у солнечного окна, так что я могу сидеть там и писать, если захочу.
Отличный вид из окна и шпиль церкви, стоящей напротив, позволяют примириться с высокой лестницей, и я сразу полюбила свою берлогу.
Детская, где мне предстоит заниматься с двумя девочками и шить, — очень уютная комната рядом с комнатой самой миссис Кирк, а девочки — очаровательные малышки, правда довольно избалованные, но я понравилась им, когда рассказала сказку про «семь непослушных поросят», и не сомневаюсь, что стану образцовой гувернанткой.
Есть я буду с детьми, если предпочту детскую большой общей столовой, и пока я предпочитаю, так как я застенчива, хоть никто этому не поверит.
— Ну вот, дорогая, будь как дома, — сказала мне по-матерински ласково миссис Кирк.
— Я на ногах с утра до ночи, как нетрудно догадаться, с такой огромной «семьей». Но ты снимешь большой груз с моих плеч, если я буду знать, что дети под присмотром.
Мои комнаты всегда открыты для тебя, а твою собственную я постараюсь сделать как можно уютнее.
Если хочешь общества, в пансионе есть очень симпатичные люди, а по вечерам ты всегда свободна.
Приходи ко мне, если что не так, и чувствуй себя как дома.