Не буду я об этом думать и не допущу, чтобы эти мысли хоть как-то отразились на моем поведении», – подумала Мег и, шелестя шелками, пересекла комнату, чтобы обменяться рукопожатием со своим другом.
– Я рада, что ты приехал. Я боялась, что ты не приедешь, – сказала она, принимая самый «взрослый» вид.
– Джо захотела, чтобы я приехал и потом рассказал ей, как ты выглядишь. Поэтому я приехал, – ответил Лори, не спуская с нее глаз и слегка улыбаясь ее «материнскому» тону.
– И что же ты ей скажешь? – с любопытством спросила Мег, желая узнать, что он о ней думает, но впервые испытывая неловкость в разговоре с ним.
– Скажу, что не узнал тебя, что ты выглядишь такой взрослой и так не похожа на себя, что я тебя даже боюсь, – сказал он, теребя пуговицу перчатки.
– Глупости!
Девочки просто нарядили меня для смеха, и мне это, пожалуй, нравится.
Разве Джо не изумилась бы, если бы увидела меня? – сказала Мег, твердо решив, что заставит его сказать, стала ли она, на его взгляд, красивее или нет.
– Да, я думаю, она изумилась бы, – сказал Лори серьезно.
– Я не нравлюсь тебе в таком виде? – спросила Мег.
– Нет, – был прямой ответ.
– Почему? – спросила она встревоженно.
Он окинул взглядом ее завитые волосы, голые плечи и причудливо украшенное платье, и выражение его лица смутило ее даже больше, чем ответ, в котором не было ни капли столь обычной для него вежливости.
– Я не люблю разодетых в пух и прах.
Это было уж слишком! Услышать такое от мальчишки моложе ее! И Мег удалилась, раздраженно заявив:
– В жизни не видела мальчика грубее!
Чувствуя, что совершенно утратила присутствие духа, она пошла и остановилась в уединении возле одного из окон, чтобы охладить пылающие щеки, так как из-за тесного платья у нее был неприятно-горячий румянец.
Она стояла там, когда мимо прошел майор Линкольн, и в следующую минуту она услышала, как он говорит своей матери:
– Они делают дурочку из этой девочки; я хотел, чтобы ты посмотрела на нее, но они ее совсем испортили.
Сегодня она просто кукла.
«О боже! – задохнулась Мег. – Если бы я была благоразумнее и надела свое платье, я не внушала бы отвращение другим, и не испытывала бы этой неловкости, и не стыдилась бы за себя».
Она прижалась лбом к прохладному оконному стеклу и стояла так, почти скрытая за занавесками, не обращая внимания на то, что заиграли ее любимый вальс, пока кто-то не коснулся ее руки. Обернувшись, она увидела Лори, стоявшего перед ней с покаянным видом. С самым изысканным поклоном, протянув руку, он сказал:
– Прости меня за грубость, пойдем потанцуем.
– Боюсь, тебе это будет слишком неприятно, – сказала Мег, безуспешно пытаясь выглядеть обиженной.
– Ничуть. Уверяю тебя, мне до смерти этого хочется.
Пойдем, я буду любезен.
Мне не нравится твой наряд, но я думаю, что ты сама… просто прелесть. – И он помахал рукой, словно у него не хватало слов, чтобы выразить свое восхищение.
Мег улыбнулась и смягчилась и, пока они стояли, ожидая удобного момента, чтобы начать танец, шепнула:
– Будь осторожен, не споткнись о мою юбку.
Она отравляет мне существование; какая я дурочка, что надела ее.
– Заколи ее вокруг шеи – тогда от нее будет хоть какой-то прок, – посоветовал Лори, глядя вниз на маленькие голубые туфельки, которые явно вызвали его одобрение.
Они легко и грациозно закружились в танце, так как прежде не раз танцевали дома и были удачной парой. Было приятно смотреть на них, счастливых и юных, когда они весело проплывали круг за кругом, чувствуя себя после маленькой размолвки еще более близкими друзьями, чем прежде.
– Лори, я хочу, чтобы ты сделал мне одно одолжение, хорошо? – сказала Мег, когда он остановился и принялся обмахивать ее веером, так как запыхалась она очень быстро, хотя ни за что не призналась бы почему.
– С удовольствием! – с живостью отозвался Лори.
– Пожалуйста, не говори дома о моем сегодняшнем наряде.
Они не поймут, что это шутка, и мама будет беспокоиться.
«Тогда зачем ты это сделала?» – сказали ей глаза Лори так выразительно, что Мег торопливо добавила:
– Я расскажу им об этом сама и признаюсь маме, как была глупа.
Но я хотела бы сделать это сама; ты не говори, хорошо?
– Даю тебе слово, что не скажу; только что мне ответить, когда они спросят о тебе?
– Скажи просто, что я выглядела хорошо и весело проводила время.
– Первое я скажу с чистой совестью, но как насчет второго?
По тебе не скажешь, что ты весело проводишь время.
Это так? – И Лори взглянул на нее с выражением, которое заставило ее ответить шепотом:
– Сейчас мне невесело… Не думай, что я такая отвратительная.
Я просто хотела немного развлечься, но теперь нахожу, что от такой забавы мало радости, и я от нее устала.
– Зачем сюда идет Нед Моффат?
Что ему нужно? – сказал Лори, сдвинув свои черные брови, как будто не считал молодого хозяина приятным дополнением к балу.
– Он записался на три танца и, как полагаю, теперь явился за ними.
Какая тоска! – сказала Мег, напуская на себя томный вид, который невероятно позабавил Лори.