Мальчишка поставил одну ногу на пол, приподнялся на локте, вытаращил глаза, поставил на пол другую ногу, сел и огляделся.
Увидев Спейда, он перестал таращить глаза.
Спейд сидел на углу стола, беззаботно болтая ногами.
- А теперь послушай меня, малыш, - сказал он.
- Если ты подойдешь ко мне и начнешь сучить ручонками, я тебе врежу.
Так что веди себя прилично, и будешь жить долго.
Мальчишка повернулся к Гутману.
Гутман благодушно улыбнулся ему и сказал:
- Видишь ли, Уилмер, мне тяжело терять тебя, и я хочу, чтобы ты знал, что я люблю тебя, как родного сына, но-видит Бог! - если теряешь сына, можно родить другого, а мальтийский сокол только один.
Спейд засмеялся.
Кэйро снова подошел к мальчишке и зашептал ему на ухо.
Мальчишка, не сводя холодного взгляда ореховых глаз с лица Гутмана, снова сел на диван.
Левантинец сел рядом.
Гутман вздохнул, что никак не изменило благодушного выражения его лица.
Он сказал Спейду:
- В молодости многого не понимаешь.
Кэйро снова обнял мальчишку за плечи, не переставая шептать ему на ухо.
Спейд ухмыльнулся Гутману и обратился к Бриджид О-Шонесси:
- Было бы здорово, если бы ты поискала на кухне что. нибудь поесть для нас и сварила побольше кофе.
Хорошо?
Я не хочу покидать моих гостей.
- Разумеется, - сказала она и направилась к двери.
Гутман перестал качаться.
- Одну минутку, дорогая.
- Он вытянул вперед свою толстую руку.
- Может, вы все-таки оставите здесь конверт?
Как бы вам не посадить на него жирное пятно.
Девушка посмотрела вопросительно на Спейда.
Он сказал безразличным тоном:
- Конверт все еще принадлежит ему.
Она опустила руку за вырез платья, вынула конверт и протянула Спейду.
Спейд бросил его на колени Гутману со словами:
- Можете сесть на него, если боитесь потерять.
- Вы меня неправильно поняли, - ответил Гутман вкрадчиво.
- Я совсем не боюсь, просто дела следует делать по-деловому.
- Он открыл конверт, вынул банкноты, пересчитал их и хмыкнул так громко и выразительно, что заколыхался его живот.
- Вот, кстати, здесь осталось только девять бумажек.
- Он разложил их на своих жирных ляжках..
Когда я передавал его вам, бумажек, как вы сами убедились, было десять.
- Улыбался он радостно и торжествующе.
Спейд взглянул на Бриджид О-Шонесси и спросил:
- Ну?
Она выразительно покачала головой, но ничего не сказала, хотя губы ее беззвучно двигались.
Вид у нее был испуганный.
Спейд протянул руку к Гутману, и тот вложил в нее деньги.
Спейд пересчитал деньги-девять тысячедолларовых банкнот-и вернул их Гутману.
Потом встал, лицо его приняло непроницаемо спокойное выражение.
Он взял три пистолета со стола.
Голос его звучал по-деловому:
- Мне необходимо разобраться в этом.