В глазах, скосившихся на стол компаньона, сквозило раздражение.
- Ты сообщила брату Майлза-спросил он.
- Да, он приходил сегодня утром.
Спейд с трудом разобрал слова, которые она произнесла сквозь рыдания, уткнувшись в его пальто.
Он снова скорчил гримасу и попытался незаметно взглянуть на свои наручные часы.
Часы показывали десять минут одиннадцатого.
Женщина пошевелилась в его объятиях и снова подняла к нему лицо.
- О, Сэм, - простонала она, - это ты убил его?
Спейд смотрел на нее, вытаращив глаза.
Его длинная челюсть отвисла.
Он высвободился из ее объятий и отступил.
Нахмурился, откашлялся.
Руки ее застыли в таком положении, словно она еще продолжала обнимать его.
В глазах, чуть прикрытых из-за вздернутых над переносицей бровей, стояла боль.
Ее мягкие влажные красные губы дрожали.
Спейд выдавил из себя хриплое
"Ха!" и отошел к занавешенному окну.
Повернувшись к ней спиной, он смотрел сквозь занавеси во двор.
Как только она двинулась к нему, он быстро повернулся и почти отбежал к столу.
Сел, поставил локти на стол, подпер подбородок кулаками.
- Кто, - спросил он ледяным тоном, - вбил тебе в голову эту замечательную мысль?
- Я думала-...Она закрыла рот рукой, заплакала и подошла к его столу.
Несмотря на высоченные каблуки своих черных маленьких туфель, двигалась она с уверенностью и изяществом.
- Не обижай меня, Сэм, - сказала она с обезоруживающей простотой.
Он засмеялся ей в лицо.
- Ты убил моего мужа, Сэм, не обижай меня.
Он хлопнул в ладоши и сказал:
- Боже милостивый.
Она заплакала в голос, прижимая к лицу белый носовой платок.
Он поднялся с кресла и встал у нее за спиной.
Поцеловав в шею между ухом и воротником, сказал:
- Ну не надо, Ива.
- Когда она перестала плакать, он прошептал ей в ухо: - Тебе не следовало сегодня приходить сюда, дорогая.
Это неосторожно.
Тебе нельзя здесь оставаться.
Иди домой.
Она повернула к нему лицо и спросила:
- Ты придешь ко мне вечером?
Он тихо покачал головой.
- Не сегодня.
- А скоро?
- Да.
- Когда же?
- Как только смогу.
Он поцеловал ее в губы, подвел к двери, сказал:
"До свидания, Ива!" - и с поклоном выпроводил.
Сев за стол, Спейд вынул табак и курительную бумагу из карманов пиджака, но сигарету сворачивать не стал.
Он сидел, держа бумагу в одной руке, а табак - в другой, и задумчиво разглядывал стол убитого компаньона.
Эффи Перин открыла дверь и вошла в кабинет.
Деланно равнодушным голосом она спросила: