Он в это время был по делам в городе.
Из чего можно заключить, что он не ждал ее, а если и ждал, то, во всяком случае, не в это время.
Она дождалась его-он пришел в четыре часа.
До ужина они просидели в его каюте, потом вместе поужинали.
Спейд затянулся, стряхнул с губ желтую крошку табака и продолжал:
- После ужина к капитану Джакоби пожаловали еще трое: Гутман, Кэйро и тот мальчишка, что передал тебе вчера послание от Гутмана.
Они пришли, когда Бриджид еще была на борту, и впятером они еще долго беседовали в каюте капитана.
Тут версии членов экипажа расходятся, но, кажется, они переругались, и около одиннадцати часов в каюте раздался выстрел.
Вахтенный помчался вниз, но рядом с каютой столкнулся с самим капитаном, который сказал ему, что все в порядке.
В углу каюты есть свежее пулевое отверстие, которое расположено так высоко, что пуля не могла задеть никого из присутствовавших.
Стреляли только один раз.
Впрочем, узнать мне удалось совсем немногое.
Он нахмурился и сделал еще одну затяжку.
- Итак, они ушли около полуночи-все вместе: капитан и его четверо гостей-и вроде бы все в добром здравии.
Я знаю это от вахтенного.
Мне пока не удалось связаться с таможенниками, которые дежурили в ту ночь.
Вот, пожалуй, и все.
Капитан с тех пор не возвращался.
Он не пришел на встречу с грузоотправителями, назначенную сегодня на двенадцать дня, и о пожаре ему еще не сумели сообщить.
- А как возник пожар?
Спейд пожал плечами.
- Не знаю.
Пожар обнаружили в кормовой части трюма сегодня утром.
Не исключено, что он начался еще вчера.
Пожар потушили, хотя ущерб, конечно, немалый.
Никто не хотел говорить об этом со мной до возвращения капитана.
Это...
Открылась наружная дверь.
Спейд сразу же замолчал.
Эффи Перин спрыгнула со стола, но вошедший открыл дверь в кабинет еще до того, как она успела подойти к ней.
- Где Спейд?-спросил мужчина.
От его голоса Спейд выпрямился и напрягся.
Голос был грубый, тревожно-скрипучий, прерывистый.
Эффи Перин испуганно отскочила в сторону.
Мужчина стоял в дверях, упираясь мягкой шляпой в притолоку: в нем было почти семь футов роста.
Худоба его подчеркивалась длинным прямым черным плащом, наглухо застегнутым на все пуговицы.
Угловато торчали плечи.
Костистое лицо-обветренное и морщинистое-было зем` листого цвета; на щеках и подбородке блестели капельки пота.
Темные, налитые кровью глаза безумно сверкали над отвисшими, обнажившими красную плоть нижними веками.
К левому боку он прижимал перевязанный бечевкой сверток в коричневой бумаге-эллипсоид, размером чуть больше регбийного мяча.
Высокий мужчина стоял в дверях, как слепой, похоже, не видя Спейда.
Он начал:
"Вы знаете..."-и в этот момент горловое бульканье заглушило слова, которые он собирался произнести.
Желтой правой рукой он накрыл столь же желтую левую, которой прижимал к себе сверток.
И вдруг, даже не пытаясь вытянуть вперед руки, рухнул навзничь как подкошенный.
Стряхнув с себя оцепенение, Спейд вскочил с кресла и подхватил падающего человека.
Изо рта мужчины вытекала струйка крови, а коричневый сверток выпал из рук и покатился по полу, пока не наткнулся на ножку стола.
Ноги под мужчиной подкосились, а сам он настолько обмяк, что Спейд более не мог держать его на весу.
Он осторожно положил его левым боком на пол.
Широко открытые глаза мужчины-по-прежнему темные и налитые кровью, но уже потерявшие безумный блеск-смотрели в одну точку.