Сами понимаете, хочется своими глазами убедиться.
У нас ведь не было радиосвязи, слишком большое расстояние.
Что бы там ни было, мы летим на Землю.
— Вы возьмете нас с собой?
Капитан на миг опешил.
— Ах, да, разумеется, у вас тут жена, помню, помню.
Мы виделись, кажется, двадцать пять лет назад, верно?
Когда построили Первый Город, вы оставили службу и забрали ее с Земли.
У вас были и дети…
— Сын, две дочери…
Да-да, припоминаю.
Они здесь?
— В нашей лачуге, вон там на горке.
Мы приготовили вам всем отличный завтрак.
Придете?
— Сочтем за честь, мистер Хетэуэй.
— Капитан Уайлдер повернулся к ракете.
— Оставить корабль!
Они шли вверх по откосу — Хетэуэй и капитан Уайлдер, за ними еще двадцать человек, экипаж корабля, глубоко вдыхая прохладный разреженный утренний воздух.
Показалось солнце, день выдался ясный.
— Помните Спендера, капитан?
— Никогда не забывал…
— Раз в год мне случается проходить мимо его могилы.
А ведь в конечном счете вышло вроде, как он хотел.
Он был против того, чтобы мы здесь селились. Теперь, наверно, счастлив, что все отсюда убрались.
— А этот… как его?
Паркхилл, Сэм Паркхилл, что с ним стало?
— Открыл сосисочную.
— Похоже на него.
— А через неделю — война, и он вернулся на Землю.
— Хетэуэй вдруг сел на камень, схватившись за сердце.
— Простите.
Переволновался.
После стольких лет — и вдруг встреча с вами.
Отдохну немного.
Он чувствовал, как колотится сердце.
Проверил пульс.
Скверно…
— У нас есть врач, — сказал Уайлдер.
— Не обижайтесь, Хетэуэй, я знаю, вы сами врач, но все-таки посоветуемся с нашим… Позвали доктора.
— Сейчас пройдет, — твердил Хетэуэй.
— Это все ожидание, волнение.
Он задыхался.
Губы посинели.
— Понимаете, — сказал он, когда врач приставил к его груди стетоскоп, — ведь я все эти годы жил как будто ради сегодняшнего дня. А теперь, когда вы здесь, прилетели забрать меня на Землю, мне вроде ничего больше не надо, и я могу лечь и отдать концы.
— Вот.
— Доктор подал ему желтую таблетку.
— Вам бы лучше тут отдохнуть подольше.
— Ерунда.
Еще чуточку посижу, и все.