Опасности никакой.
— Значит, выходим? — спросил Люстиг.
— Отставить, — сказал капитан Джон Блэк — Надо еще разобраться, что это такое.
— Это?
Маленький городок, капитан, воздух хоть и разреженный, но дышать можно.
— Маленький городок, похожий на земные города, — добавил археолог Хинкстон.
— Невообразимо.
Этого просто не может быть, и все же вот он, перед нами…
Капитан Джон Блэк рассеянно глянул на него.
— Как по-вашему, Хинкстон, может цивилизация на двух различных планетах развиваться одинаковыми темпами и в одном направлении?
— По-моему, это маловероятно, капитан.
Капитан Блэк стоял возле иллюминатора.
— Посмотрите вон на те герани.
Совершенно новый вид.
Он выведен на Земле всего лет пятьдесят тому назад.
А теперь вспомните, сколько тысячелетий требуется для эволюции того или иного растения.
И заодно скажите мне, логично ли это, чтобы у марсиан были: во-первых, именно такие оконные рамы, во-вторых, башенки, в-третьих, качели на террасе, в-четвертых, инструмент, который похож на пианино и скорее всего и есть не что иное, как пианино, в-пятых, — поглядите-ка внимательно в телескоп, вот так, — логично ли, чтобы марсианский композитор назвал свое произведение не как-нибудь иначе, а именно
«Прекрасный Огайо»?
Ведь это может означать только одно: на Марсе есть река Огайо!
— Капитан Уильямс, ну конечно же! — вскричал Хинкстон.
— Что?
— Капитан Уильямс и его тройка!
Или Натаниел Йорк со своим напарником.
Это все объясняет!
— Это не объясняет ничего.
Насколько нам удалось установить, ракета Йорка взорвалась, едва они сели на Марсе, и оба космонавта погибли.
Что до Уильямса и его тройки, то их корабль взорвался на второй день после прибытия.
Во всяком случае, именно в это время прекратили работу передатчики. Будь они живы, они попытались бы связаться с нами.
Не говоря уже о том, что со времени экспедиции Йорка прошел всего один год, а экипаж капитана Уильямса прилетел сюда в августе.
Допустим даже, что они живы, — возможно ли, хотя бы с помощью самых искусных марсиан, за такое короткое время выстроить целый город, и чтобы он выглядел таким старым?
Вы посмотрите как следует, ведь этому городу самое малое семьдесят лет.
Взгляните на перильные тумбы крыльца, взгляните на деревья — вековые клены!
Нет, ни Йорк, ни Уильямс тут ни при чем.
Тут что-то другое.
Не по душе мне это.
И, пока я не узнаю, в чем дело, не выйду из корабля.
— Да к тому же, — добавил Люстиг, — Уильямс и его люди, и Йорк тоже садились на той стороне Марса.
Мы ведь сознательно выбрали эту сторону.
— Вот именно.
На тот случай, если Йорка и Уильямса убило враждебное марсианское племя, нам было приказано сесть в другом полушарии. Чтобы катастрофа не повторилась.
Так что мы находимся в краю, которого, насколько нам известно, ни Уильямс, ни Йорк и в глаза не видали.
— Черт возьми, — сказал Хинкстон, — я все-таки пойду в этот город с вашего разрешения, капитан.
Ведь может оказаться, что на всех планетах нашей Солнечной системы мышление и цивилизация развивались сходными путями.
Кто знает, возможно, мы стоим на пороге величайшего психологического и философского открытия нашей эпохи! [2]
— Я предпочел бы обождать немного, — сказал капитан Джон Блэк.
— Командир, может быть, перед нами явление, которое впервые докажет существование бога!
— Верующих достаточно и без таких доказательств, мистер Хинкстон…
— Да, и я отношусь к ним, капитан.
Но совершенно ясно — такой город просто не мог появиться без вмешательства божественного провидения.
Все эти мелочи, детали… Во мне сейчас такая борьба чувств, не знаю, смеяться мне или плакать.