Их затолкали, закрутили, оторвали друг от друга; оглядевшись, Лафарж окаменел.
Тома не было.
— Где он? — сердито спросила Энн.
— Что за манера — чуть что, куда-то удирать от родителей!
Том!!
Мистер Лафарж бегал кругом, расталкивая прохожих, но Тома нигде не было.
— Вернется, вот увидишь, будет ждать возле лодки, когда мы поедем домой, — уверенно произнесла Энн, увлекая мужа по направлению к кинотеатру.
Вдруг в толпе произошло какое-то замешательство, и мимо Лафаржа пробежали двое — мужчина и женщина.
Он узнал их: Джо Сполдинг с женой.
Они исчезли прежде, чем Лафарж успел заговорить с ними.
Встревоженно озираясь, он купил билеты и безропотно потащился за женой в постылую темноту кинозала.
В одиннадцать часов Тома у причала не было.
— Ничего, мать, — сказал Лафарж, — ты только не волнуйся.
Я найду его.
Подожди здесь.
— Поскорее возвращайтесь.
Ее голос утонул в плеске воды.
Он шел по ночным улицам, сунув руки в карманы.
Один за другим гасли огни.
Кое-где из окон еще высовывались люди — ночь была теплая, хотя в небе все еще плыли среди звезд обрывки грозовых туч.
Лафарж вспомнил, как мальчик постоянно твердил что-то насчет западни, как он боялся толпы, городов.
«Что за нелепость, — устало подумал старик. — Наверно, парень ушел навсегда.
А может, его и вовсе не было…» Лафарж свернул в переулок, скользя взглядом по номерам домов.
— Это ты, Лафарж?
На крыльце, куря трубку, сидел мужчина.
— Привет, Майк.
— Что, повздорил с хозяйкой?
Вышел проветриться, нервы успокоить?
— Да нет, просто гуляю.
— У тебя такой вид, словно ты что-то ищешь.
Да, к слову о находках. Ведь сегодня вечером кое-кто нашелся.
Джо Спеллинга знаешь?
Помнишь его дочь, Лавинию?
— Помню, — Лафарж похолодел.
Это было как сон, который снится во второй раз. Он в точности знал, что будет сказано дальше.
— Лавиния вернулась домой сегодня вечером, — сказал Майк, выпуская дым.
— Помнишь, она с месяц назад заблудилась на дне мертвого моря?
Потом нашли тело, вроде бы ее, да очень уж изуродовано было… С тех пор Спеллинги были словно не в себе.
Джо ходил и все твердил, что она жива, не ее это тело.
И вот выходит, он был прав. Сегодня Лавиния объявилась.
— Где? — Лафаржу стало трудно дышать, сердце отчаянно заколотилось.
— На Главной улице.
Спеллинги как раз покупали билеты в кино.
Вдруг видят в толпе Лавинию.
Вот сцена была, воображаю!
Сперва-то она их не узнала.
Они квартала три шли за ней, все говорили, говорили.
Наконец она вспомнила.
— И ты ее видел?
— Нет, но я слышал ее голос.