Все это, очевидно, трехмерные представления его четырехмерного существования, которое является вполне определенной и неизменной величиной.
— Ученые, — продолжал Путешественник по Времени, помолчав для того, чтобы мы лучше усвоили сказанное, — отлично знают, что Время — только особый вид Пространства.
Вот перед вами самая обычная диаграмма, кривая погоды.
Линия, по которой я веду пальцем, показывает колебания барометра.
Вчера он стоял вот на такой высоте, к вечеру упал, сегодня утром снова поднялся и полз понемногу вверх, пока не дошел вот до этого места.
Без сомнения, ртуть не нанесла этой линии ни в одном из общепринятых пространственных измерений.
Но так же несомненно, что ее колебания абсолютно точно определяются нашей линией, и отсюда мы должны заключить, что такая линия была проведена в Четвертом Измерении — во Времени.
— Но, — сказал Доктор, пристально глядя на уголь в камине, — если Время действительно только Четвертое Измерение Пространства, то почему же всегда, вплоть до наших дней, на него смотрели как на нечто отличное?
И почему мы не можем двигаться во Времени точно так же, как движемся во всех остальных измерениях Пространства?
Путешественник по Времени улыбнулся.
— А вы так уверены в том, что мы можем свободно двигаться в Пространстве?
Правда, мы можем довольно свободно пойти вправо и влево, назад и вперед, и люди всегда делали это.
Я допускаю, что мы свободно движемся в двух измерениях.
Ну, а как насчет движения вверх?
Сила тяготения ограничивает нас в этом.
— Не совсем, — заметил Доктор.
— Существуют же аэростаты.
— Но до аэростатов, кроме неуклюжих прыжков и лазанья по неровностям земной поверхности, у человека не было иной возможности вертикального движения.
— Все же мы можем двигаться немного вверх и вниз, — сказал Доктор.
— Легче, значительно легче вниз, чем вверх!
— Но двигаться во Времени совершенно немыслимо, вы никуда не уйдете от настоящего момента.
— Мой дорогой друг, тут-то вы и ошибаетесь.
В этом-то и ошибался весь мир.
Мы постоянно уходим от настоящего момента.
Наша духовная жизнь, нематериальная и не имеющая измерений, движется с равномерной быстротой от колыбели к могиле по Четвертому Измерению Пространства — Времени.
Совершенно так же, как если бы мы, начав свое существование в пятидесяти милях над земной поверхностью, равномерно падали бы вниз.
— Однако главное затруднение, — вмешался Психолог, — заключается в том, что можно свободно двигаться во всех направлениях Пространства, но нельзя так же свободно двигаться во Времени!
— В этом-то и заключается зерно моего великого открытия.
Вы совершаете ошибку, говоря, что нельзя двигаться во Времени.
Если я, например, очень ярко вспоминаю какое-либо событие, то возвращаюсь ко времени его совершения и как бы мысленно отсутствую.
Я на миг делаю прыжок в прошлое.
Конечно, мы не имеем возможности остаться в прошлом на какую бы то ни было частицу Времени, подобно тому как дикарь или животное не могут повиснуть в воздухе на расстоянии хотя бы шести футов от земли.
В этом отношении цивилизованный человек имеет преимущество перед дикарем.
Он вопреки силе тяготения может подняться вверх на воздушном шаре. Почему же нельзя надеяться, что в конце концов он сумеет также остановить или ускорить свое движение по Времени или даже повернуть в противоположную сторону?
— Это совершенно невозможно… — начал было Филби.
— Почему нет? — спросил Путешественник по Времени.
— Это противоречит разуму, — ответил Филби.
— Какому разуму? — сказал Путешественник по Времени.
— Конечно, вы можете доказывать, что черное — белое, — сказал Филби, — но вы никогда не убедите меня в этом.
— Возможно, — сказал Путешественник по Времени.
— Но все же попытайтесь взглянуть на этот вопрос с точки зрения Геометрии Четырех Измерений.
С давних пор у меня была смутная мечта создать машину…
— Чтобы путешествовать по Времени? — прервал его Очень Молодой Человек.
— Чтобы двигаться свободно в любом направлении Пространства и Времени по желанию того, кто управляет ею.
Филби только рассмеялся и ничего не сказал.
— И я подтвердил возможность этого на опыте, — сказал Путешественник по Времени.
— Это было бы удивительно удобно для историка, — заметил Психолог.
— Можно было бы, например, отправиться в прошлое и проверить известное описание битвы при Гастингсе!
— А вы не побоялись бы, что на вас нападут обе стороны? — сказал Доктор.
— Наши предки не очень-то любили анахронизмы.