Чьи-то маленькие мягкие руки скользнули по моей спине и даже прикоснулись к шее.
Спичка чиркнула и зашипела.
Я подождал, пока она не разгорелась, и тогда увидел белые спины убегавших в чащу морлоков.
Поспешно вынув из кармана кусок камфоры, я приготовился его зажечь, как только начнет гаснуть спичка.
Я взглянул на Уину.
Она лежала ничком, обхватив мои колени, совершенно неподвижная.
Со страхом я наклонился над ней.
Казалось, она едва дышала.
Я зажег кусок камфоры и бросил его на землю; расколовшись, он ярко запылал, отгоняя от нас морлоков и ночные тени. Я встал на колени и поднял Уину.
В лесу, позади нас, слышался шум и бормотание огромной толпы.
По-видимому, Уина лишилась чувств.
Я осторожно положил ее к себе на плечо, встал и собрался идти дальше, но вдруг ясно понял безвыходность нашего положения.
Возясь со спичками и с Уиной, я несколько раз повернулся и теперь не имел ни малейшего понятия, куда мне идти.
Может быть, я снова шел назад к Зеленому Дворцу.
Меня прошиб холодный пот.
Нельзя было терять времени; приходилось действовать.
Я решил развести костер и остаться на месте.
Положив все еще неподвижную Уину на мшистый пень, я принялся торопливо собирать сучья и листья, пока догорал кусок камфоры.
Вокруг меня то тут, то там, подобно рубинам, светились в темноте глаза морлоков.
Камфора в последний раз вспыхнула и погасла.
Я зажег спичку и увидел, как два белые существа, приближавшиеся к Уине, поспешно метнулись прочь.
Одно из них было так ослеплено светом, что прямо натолкнулось на меня, и я почувствовал, как под ударом моего кулака хрустнули его кости.
Морлок закричал от ужаса, сделал, шатаясь, несколько шагов и упал.
Я зажег другой кусок камфоры и продолжал собирать хворост для костра.
Скоро я заметил, что листья здесь совершенно сухие, так как со времени моего прибытия, то есть целую неделю, ни разу не было дождя.
Я перестал разыскивать меж деревьями хворост и начал вместо этого прыгать и обламывать нижние ветви деревьев.
Скоро разгорелся удушливо-дымный костер из свежего дерева и сухих сучьев, и я сберег остаток камфоры.
Я вернулся туда, где рядом с моим ломом лежала Уина.
Я всеми силами старался привести ее в чувство, но она лежала как мертвая.
Я не мог даже понять, дышала она или нет.
Тут мне пахнуло дымом прямо в лицо, и голова моя, и без того тяжелая от запаха камфоры, отяжелела еще больше.
Костра должно было хватить примерно на час.
Смертельно усталый, я присел на землю.
Мне почудилось, что по лесу носится какой-то непонятный сонливый шепот.
Я, наверное, вздремнул, но как мне показалось, лишь на миг.
Вокруг меня была темнота, и руки морлоков касались моего тела.
Стряхнув с себя их цепкие пальцы, я торопливо принялся искать в кармане спички, но их там не оказалось.
Морлоки снова схватили меня, окружив со всех сторон.
В одну секунду я сообразил, что случилось.
Я заснул, костер погас. Меня охватил смертельный ужас.
Весь лес, казалось, был наполнен запахом гари.
Меня схватили за шею, за волосы, за руки и старались повалить.
Ужасны были в темноте прикосновения этих мягкотелых созданий, облепивших меня.
Мне казалось, что я попал в какую-то чудовищную паутину.
Они пересилили меня, и я упал.
Чьи-то острые зубы впились мне в шею.
Я перевернулся, и в то же мгновение рука моя нащупала железный рычаг.
Это придало мне силы.
Стряхнув с себя всю кучу человекообразных крыс, я вскочил и, размахнувшись рычагом, принялся бить им наугад, стараясь попасть по их головам.
Я слышал, как под моими ударами обмякали их тела, как хрустели кости. На минуту я освободился.