Все было именно так.
Андерсоны с Бейкер-стрит.
Мы как раз вчера о них говорили.
Эдмунд, ты ведь слышал, я упоминал Чарлза Андерсона.
Как раз тот случай, о котором рассказала сия молодая особа.
Когда Андерсон впервые представил меня своему семейству, тому года два, его сестра не выезжала и мне не удавалось втянуть ее в беседу.
Однажды утром я просидел там час, дожидаясь Андерсона, в комнате была единственно эта девица да еще маленькая девочка, а может две — гувернантка то ли хворала, то ли отлучилась, маменька же всякую минуту появлялась и исчезала с деловыми письмами; и мне никак не удавалось удостоиться от молодой девицы ни словечка, ни взгляда, никакого подобающего ответа, она поджала губки и отворотилась от меня, да с каким видом!
С того дня я не видел ее год.
Она стала выезжать.
Я встретил ее у миссис Холфорд — и не узнал.
Она подошла ко мне, сказала, что мы знакомы, и так пристально на меня глядела, что я совсем смешался, а она знай себе щебечет и смеется, я уж просто не знал, куда деваться.
Я чувствовал, что становлюсь всеобщим посмешищем… а мисс Крофорд, без сомнения, слышала эту историю.
— Прелестная история, и столь правдивая, что, осмелюсь сказать, она не к чести мисс Андерсон.
Это слишком распространенный недостаток.
Маменьки, конечно, еще не совсем верно направляют своих дочерей.
Не знаю, в чем состоит их ошибка.
Не решусь советовать, как ее избежать, но я, безусловно, вижу, что они часто ошибаются.
— Те, кто своим поведением показывает, как женщине следует себя вести, весьма способствуют исправлению этой ошибки, — галантно заметил мистер Бертрам.
— В чем состоит ошибка, достаточно ясно, — сказал не столь обходительный Эдмунд, — эти девицы плохо воспитаны.
Им с самого начала внушили неверные понятия.
Их поступки всегда вызываются тщеславием — ни до того, как они начинают появляться на людях, ни после в их поведении нет истинной скромности.
— Ну, не знаю, — нерешительно ответила мисс Крофорд.
— Нет, я не могу с вами согласиться.
Право же, это далеко не самое важное.
Куда хуже, когда девушки, которые еще не выезжают, держатся так же высокомерно и осмеливаются вести себя так же, как если бы выезжали, а я такое видела.
Вот это хуже некуда, вовсе отвратительно!
— Да, это и вправду никуда не годится, — сказал мистер Бертрам.
— Это сбивает с толку, не знаешь, как себя вести.
Плотно облегающий голову капор и эдакий смиренный вид, которые вы так хорошо описали, куда уж верней — сразу говорят, чего тут ждать; а из-за их отсутствия я в прошлом году попал в пренеприятную историю.
Прошлым сентябрем, только воротясь из Вест-Индии, я на неделю поехал в Рамсгит с приятелем, со Снидом, я уже упоминал о нем при тебе, Эдмунд. Там были его отец и мать и сестры, все новые для меня лица.
Когда мы приехали, их не было дома; мы отправились на поиски и нашли их на пристани. Миссис Снид была там с двумя дочерьми и кое с кем из знакомых.
Я, как положено, поклонился, и, поскольку миссис Снид была окружена мужчинами, присоединился к одной из ее дочерей, сопровождал ее всю дорогу домой и всячески старался ее занять; молодая девица держалась вполне непринужденно и говорила столь же охотно, как слушала.
У меня и в мыслях не было, будто я веду себя не так, как положено.
По виду сестры ничем не отличались друг от друга: обе хорошо одеты, с вуалями и зонтиками, как и все другие девицы; но после оказалось, что все свое внимание я уделил младшей сестре, которая не выезжала, и этим чрезвычайно обидел старшую.
В ближайшие полгода мисс Огасту еще не следовало замечать, и, я думаю, мисс Снид никогда мне этого не простила.
— Да, и правда нехорошо.
Бедная мисс Снид!
Хотя у меня и нет младшей сестры, я ей сочувствую.
Как это должно быть досадно, когда тебя раньше времени перестают замечать. Но тут во всем виновата маменька.
Мисс Огасту должна была сопровождать гувернантка.
Подобная половинчатость никогда не приводит ни к чему хорошему.
Но теперь удовлетворите мое любопытство насчет мисс Прайс.
Она выезжает на балы?
А на обедах бывает всюду, не только у моей сестры?
— Нет, — отвечал Эдмунд, — не думаю, чтоб она хоть раз была на балу.
Моя матушка редко ездит в гости, обедает единственно у миссис Грант, более ни у кого, и Фанни остается дома с нею.
— О, тогда все ясно.
Мисс Прайс не выезжает.
Глава 6
Мистер Бертрам отправился в …. и мисс Крофорд была готова ощутить величайшую пустоту в обществе, образованном двумя их семействами, и даже скучать по нему во время их встреч, которые в последнее время происходили чуть не всякий день; и когда вскоре после его отъезда они все вместе обедали в Мэнсфилд-парке, она заняла свое излюбленное место неподалеку от конца стола, уверенная, что смена хозяина заставит ее почувствовать весьма печальную перемену.