Разумеется, я не имею ни малейшего права, я и так у вас в долгу, и этот долг останется неоплатным даже после того, как я верну деньги.
- Нет, мой мальчик, у тебя есть право, - с глубоким волнением сказал Кэлеб, - молодые вправе рассчитывать на помощь старших.
Я и сам был молод, и не очень-то мне помогали; а помощь мне была нужна, хотя бы просто для того, чтобы не чувствовать себя одиноким.
Но сперва я должен все обдумать.
Приходи завтра в девять часов ко мне в контору.
Запомни, в контору, а не домой.
Мистер Гарт еще ни разу не предпринял серьезного шага, не посоветовавшись с Сьюзен, однако следует признать, что сейчас он уже по дороге домой знал, как поступит.
В очень многих вопросах, в которых другие мужчины проявляют неуступчивость и упрямство, Кэлеб Гарт являлся самым покладистым человеком на свете.
Ему было безразлично, какое предпочесть мясное блюдо, и, если бы Сьюзен предложила ради экономии поселиться в четырехкомнатном домишке, он ответил бы без дальних слов: "Ну что ж".
Но когда разум и чувство убедительно свидетельствовали в пользу какого-либо решения, он не терпел возражений, и все близкие Кэлеба знали, что, несмотря на свою мягкость и щепетильность, в исключительных случаях он непоколебим.
Правда, Кэлеб никогда не проявлял такой властности, если речь шла о его интересах.
В девяноста девяти случаях из ста дела решала миссис Гарт, зато в сотом она сразу сознавала, что ей предстоит невыносимо тяжкий подвиг - покориться мужу, осуществляя свои же собственные принципы субординации.
- Вышло так, как я и думал, Сьюзен, - сказал Кэлеб, когда вечером они остались наедине.
Он уже рассказал о приключении, из-за которого ему пришлось прибегнуть к помощи Фреда, но умолчал пока о дальнейших последствиях их встречи.
- Дети и впрямь полюбили друг друга - я говорю о Фреде и Мэри.
Миссис Гарт опустила на колени рукоделие и встревоженно устремила на мужа испытующий взгляд.
- Когда мы кончили работу, Фред мне все рассказал без утайки.
У него и у самого не лежит душа к тому, чтобы принять сан, а тут еще Мэри сказала, что не выйдет за него, если он станет священником; мальчику хотелось бы пойти ко мне в подручные и посвятить себя нашему делу.
Вот я и надумал взять его к себе и сделать из него человека.
- Кэлеб! - сказала миссис Гарт звучным контральто, выражавшим кроткое изумление.
- Дело это доброе, - продолжал мистер Гарт, поудобнее оперевшись на спинку кресла и крепко берясь за ручки.
- С ним придется повозиться, но толк, надеюсь, выйдет.
Он любит нашу Мэри, а истинная любовь к хорошей женщине может много чего сделать, Сьюзен.
Не одного шалопая вывела она на верный путь.
- Мэри говорила с тобой об этом? - поинтересовалась миссис Гарт, в глубине души несколько уязвленная тем, что узнает новость от мужа.
- Ни слова.
Как-то я заговорил с нею о Фреде, хотел предостеречь.
Но она меня уверила, что никогда не выйдет замуж за своевольного и избалованного бездельника, вот и все.
Однако, кажется, потом Фред упросил мистера Фербратера поговорить о нем с Мэри, потому что самому Фреду она запретила разговаривать с ней об этом, и мистер Фербратер выяснил, что она любит Фреда, только не хочет, чтобы он стал священником.
Я вижу. Фред всей душой предан Мэри, и это располагает меня к нему, и потом... ведь мы с тобой его любим, Сьюзен.
- Бедняжка Мэри, жаль ее, - сказала миссис Гарт.
- Почему жаль?
- Потому, Кэлеб, что она могла бы выйти замуж за человека, который стоит двадцати Фредов Винси.
- Как это? - удивленно спросил Кэлеб.
- Я твердо убеждена, что мистер Фербратер испытывает склонность к нашей дочери и намеревался сделать ей предложение; разумеется, сейчас, когда ему пришлось вести переговоры от имени Фреда, эта перспектива рухнула.
Миссис Гарт сурово отчеканивала каждое слово.
Она испытывала разочарование и досаду, но предпочитала воздержаться от бесполезных жалоб.
Кэлеб помолчал, охваченный противоречивыми чувствами.
Он глядел в пол и, судя по движениям головы и рук, вел сам с собой какой-то разговор.
Наконец, он сказал:
- Я был бы горд и счастлив, если бы этот брак осуществился. Сьюзен, и особенно порадовался бы за тебя.
Мне всегда казалось, что ты должна принадлежать к более высоким кругам.
Но ты выбрала меня, а я незнатный человек.
- Я выбрала лучшего и умнейшего человека из всех, кого знаю, - сказала миссис Гарт, убежденная, что уж она-то не полюбила бы того, кто лишен этих достоинств.
- Да, но другие, возможно, считали, что ты могла сделать партию получше.
Пострадал бы от этого я.
Поэтому я так горячо сочувствую Фреду.
По натуре он славный малый, да и не глуп, так что ему требуется только, чтобы его подтолкнули в нужную сторону; к тому же он безмерно любит нашу дочь, преклоняется перед ней, а она его вроде бы обнадежила, в случае если он исправится.
Я чувствую: душа этого юноши в моих руках, и я сделаю для него все, что смогу. Бог свидетель!
Это долг мой, Сьюзен.