- Я бы настоял, чтобы свадьбу отложили до ее совершеннолетия.
И можете быть уверены: в этом случае она так никогда и не состоялась бы.
Мне бы хотелось, чтобы вы согласились со мной, мне бы хотелось, чтобы вы потолковали с Бруком.
Еще не договорив, сэр Джеймс поднялся на ноги, потому что к ним из кабинета вошла миссис Кэдуолледер.
Она вела за руку младшую дочь пятилетнюю девочку, которая тотчас подбежала к папеньке и вскарабкалась к нему на колени.
- Я слышала, о чем вы говорили, - объявила супруга священника, - но Гемфри вам не переубедить.
До тех пор пока рыба исправно клюет, мир населяют только премилые люди.
На земле Кейсобона есть ручей, в котором водится форель, а сам он никогда не удит - где вы найдете человека лучше?
- А ведь и правда, - заметил священник с обычным своим тихим смешком.
Быть владельцем такого ручья - прекрасное качество.
- Но серьезно, миссис Кэдуолледер, - сказал сэр Джеймс, чье раздражение еще не угасло, - разве вы не согласны, что вмешательство вашего мужа могло бы принести пользу?
- Ах, я же сразу сказала вам, что он ответит! - произнесла миссис Кэдуолледер, поднимая брови.
- Я сделала что могла и умываю руки: меня этот брак не касается.
- Во-первых, - сказал священник, слегка нахмурясь, - нелепо полагать, будто я могу повлиять на Брука и убедить его поступить по-моему.
Брук отличный человек, но ему не хватает твердости. Какую форму он ни примет, сохранить ее ему не удастся.
- Может быть, прежде чем утратить ее, он успеет помешать этому браку, возразил сэр Джеймс.
- Но, мой дорогой Четтем, почему я должен пускать в ход мое влияние в ущерб Кейсобону, если вовсе не убежден, что принесу таким образом пользу мисс Брук?
Я ничего дурного о Кейсобоне не знаю.
Мне неинтересны его Ксисутры и всякие фи-фо-фам, но ведь и ему неинтересны мои спиннинги.
Конечно, позиция, которую он выбрал в католическом вопросе, была несколько неожиданной, но он был всегда со мной весьма учтив, и я не вижу, почему я должен портить ему жизнь.
Вполне возможно, что мисс Брук будет с ним счастливее, чем с любым другим мужем, - откуда мне знать?
- Гемфри!
Ну что ты говоришь?
Сам же предпочтешь остаться совсем без обеда, лишь бы не обедать с глазу на глаз с Кейсобоном.
Вам друг другу слова сказать не о чем.
- Но где тут связь с тем, что мисс Брук выходит за него?
Она же делает это не для моего удовольствия.
- У него в теле нет ни капли настоящей крови, - заявил сэр Джеймс.
- Разумеется.
Кто-то рассматривал ее под лупой и увидел только двоеточия и скобки, - подхватила миссис Кэдуолледер.
- Почему он не издаст свою книгу вместо того, чтобы жениться? - буркнул сэр Джеймс с омерзением, на которое, как он считал, ему давал право здравый смысл человека, далекого от схоластических выкладок.
- А, он бредит примечаниями и ни о чем другом думать неспособен.
Говорят, в нежном детстве он составил конспект по
"Мальчику с пальчик" и с тех пор одни только конспекты и составляет.
Фу!
А Гемфри утверждает, что женщина может быть счастлива с подобным человеком.
- Но мисс Брук он нравится, - возразил ее муж.
- О вкусах же юных барышень я судить не берусь.
- А если бы она была вашей дочерью? - сказал сэр Джеймс.
- Это совсем другое дело.
Но она мне не дочь, и я не чувствую себя вправе вмешиваться.
Кейсобон ничуть не хуже большинства из нас.
Он ученый священник и ничем не уронил своего сана.
Один радикальствующий оратор в Мидлмарче назвал Кейсобона ученым попом, молотящим мякину, а Фрика попом-каменщиком, а меня - попом-рыболовом.
И честное слово, не вижу, что тут лучше, а что хуже.
- Мистер Кэдуолледер испустил свой тихий смешок.
Он всегда был готов первым посмеяться любым выпадам по своему адресу.
Его совесть была такой же спокойной и невозмутимой, как он сам, и предпочитала избегать лишних усилий.
Таким образом, вмешательство мистера Кэдуолледера браку мисс Брук не угрожало, и сэр Джеймс с грустью подумал что ей предоставлена полная свобода совершать необдуманные поступки.
Тем не менее он не отказался от своего намерения строить дома для арендаторов по плану Доротеи, что свидетельствует о благородстве его натуры.