- А вы намерены всецело отдать ее работе.
Я лет на десять - двенадцать старше вас и научился идти на компромиссы.
А потому немножко потакаю некоторым своим слабостям, чтобы они не взбунтовались.
Но посмотрите, продолжал он, выдвигая несколько небольших ящиков.
- По-моему, насекомые нашего края у меня представлены очень полно.
Я занимаюсь и фауной и флорой, но насекомые - мой конек.
Мы чрезвычайно богаты прямокрылыми. Не знаю, насколько... А! Вы смотрите на эту банку, а не на мои ящики.
Вас все это не интересует?
- Нет, когда я вижу такого очаровательного анацефального уродца.
У меня не было времени, чтобы по-настоящему заняться естественной историей.
Строение организма - вот что занимало меня с самого начала, и это прямо связано с моей профессией.
А потому у меня нет нужды в других увлечениях, передо мной и так расстилается море.
- Счастливец! - вздохнул мистер Фербратер и, повернувшись на каблуках, принялся набивать трубку.
- Вы не знаете, что значит испытывать потребность в духовном табаке, - плохие толкования древних текстов, крохотные заметки о разновидности травяной тли, подписанные звучным именем "Филомикрон", для
"Журнала бездельников", или нее ученый трактат о насекомых в Пятикнижии, включая всех тех, которые там не упомянуты, но тем не менее могли быть встречены израильтянами во время их скитаний по пустыне. И еще монография, посвященная взглядам Соломона на муравьев и доказывающая полное соответствие "Книги притчей" и результатов современных исследований.
Ничего, что я вас окуриваю?
Откровенность этой речи удивила Лидгейта даже больше, чем содержавшийся в ней намек на то, что мистер Фербратер предпочел бы в жизни иное занятие.
Все эти специально изготовленные ящики и полки, а также книжный шкаф, набитый дорогими иллюстрированными книгами по естественной истории, навели его на мысль о том, какое применение находил священник своим карточным выигрышам.
Однако ему уже хотелось, чтобы наилучшее истолкование любых действий мистера Фербратера и было бы истинным.
Откровенность священника совершенно не походила на ту неприятную откровенность, какой нечистая совесть спешит предупредить чужие суждения, - просто он предпочитал, насколько мог, избегать притворства.
Впрочем, мистеру Фербратеру, по-видимому, пришло в голову, что такая непринужденность могла показаться его собеседнику преждевременной. Во всяком случае, он поторопился объяснить:
- Я еще не сказал вам, мистер Лидгейт, что у меня есть некоторое преимущество перед вами: я знаю вас лучше, чем вы меня.
Помните Троли, который жил в Париже на одной квартире с вами?
Мы с ним переписывались, и он мне много о вас рассказывал.
Когда вы только приехали, я не был уверен, действительно ли это вы.
И очень обрадовался, когда так и оказалось.
Но я помню, что вы познакомились со мной без подобного предисловия.
Лидгейт уловил, что слова эти продиктованы деликатностью, но она была ему не совсем понятна.
- А кстати, что сталось с Троли? - спросил он.
- Я совсем потерял его из вида.
Французские социальные системы его не увлекли, и он поговаривал о том, чтобы уехать в какую-нибудь дикую глушь и основать там нечто вроде пифагорейской общины.
Он так и сделал?
- Ну нет!
У него практика на одном из немецких курортов, и он женился на богатой пациентке.
- Значит, мои идеи были правильнее, - заметил Лидгейт с презрительным смешком.
- Он утверждал, что профессия врача неотделима от обмана и шарлатанства.
А я говорил, что виноваты в этом люди - те люди, которые не могут обходиться без лжи и безрассудства.
Вместо того чтобы проповедовать против шарлатанства снаружи, следует произвести обеззараживание изнутри.
Короче говоря, как я тогда утверждал, здравый смысл был на моей стороне.
- Однако выполнить ваш план значительно труднее, чем устроить пифагорейскую общину.
Ведь вам тут противостоит не только живущий в вас ветхий Адам - против вас все потомки первого Адама, из которых состоит окружающее общество.
Видите ли, познанию подобных трудностей я отдал на десять - двенадцать лет больше, чем вы.
Впрочем... - Тут мистер Фербратер умолк, а затем добавил: - Вы опять рассматриваете этот сосуд.
Хотите меняться?
Только вам это недешево обойдется.
- У меня есть парочка заспиртованных морских ежей - прекрасные экземпляры.
И я добавлю новинку Роберта Брауна "Исследование пыльцы растений под микроскопом". Конечно, если у вас еще нет этой книги.
- Ну, видя, как вам хочется получить уродца, я, пожалуй, потребую цену повыше.
Что, если я попрошу вас осмотреть все мои ящики и согласиться, что мне удалось кое-что открыть?
- Все это время мистер Фербратер прохаживался с трубкой во рту, то и дело нагибаясь к своим любимым ящикам.