Ждать ему пришлось долго.
Наконец г-жа Вальтер встала, обернулась и, увидев его, подошла к нему.
Лицо ее было холодно и сурово.
— Милостивый государь! — сказала она.
— Прошу вас: не провожайте меня, не ходите за мной и никогда больше не являйтесь ко мне один.
Я не приму вас.
Прощайте!
Она с достоинством удалилась.
Дю Руа не удерживал ее: он давно уже взял себе за правило не ускорять ход событий.
Когда же из своего убежища вышел слегка сконфуженный священник, он подошел к нему и, глядя ему прямо в глаза, прошипел:
— Не будь на вас этой юбки, как бы я смазал вас по вашей гнусной роже!
С этими словами он круто повернулся и, насвистывая, вышел из церкви.
На паперти стоял, уже в шляпе, тучный господин и, заложив руки за спину, с явно скучающим видом оглядывал широкую площадь и прилегающие к ней улицы.
Они раскланялись.
Журналисту больше нечего было здесь делать, и он отправился в редакцию.
Уже в прихожей по озабоченным лицам рассыльных он понял, что произошло нечто необычайное, и сейчас же проследовал в кабинет издателя.
Старик Вальтер, стоя, короткими фразами нервно диктовал статью и в промежутке между двумя абзацами давал поручения окружившим его репортерам, делал указания Буаренару и распечатывал письма.
— Ах, как это кстати, вот и Милый друг! — при виде его радостно воскликнул он, но вдруг осекся и, слегка смущенный, стал извиняться: — Простите, что я вас так назвал: я очень взволнован всем происшедшим.
К тому же от жены и дочерей я только и слышу: «Милый друг, Милый друг», — поневоле привыкнешь.
Вы на меня не сердитесь?
— Нисколько, — со смехом ответил Жорж. — Это прозвище не обидное.
— Отлично, стало быть, я тоже буду вас называть Милым другом, — продолжал старик Вальтер.
— Итак, мы стоим перед лицом важных событий… Вотум недоверия министерству принят большинством трехсот десяти голосов против ста двух.
Парламентские каникулы отложены, отложены на неопределенное время, а сегодня уже двадцать восьмое июля.
Испания злится на нас за Марокко[32], — потому-то и слетел Дюран де Лен со своими приспешниками.
Заварилась каша.
Сформировать новый кабинет поручено Маро.
Портфель военного министра он предложил генералу Бутену д'Акру, портфель министра иностранных дел — нашему другу Ларош-Матье. Себе он оставляет министерство внутренних дел и пост председателя совета министров.
Наша газета становится официозной.
В передовой статье я в общих чертах излагаю наши принципы и указываю путь новым министрам.
Разумеется, — добавил он с добродушной усмешкой, — тот путь, по которому они сами намерены идти.
Но мне нужно что-нибудь интересное по вопросу о Марокко, что-нибудь этакое злободневное, эффектное, сенсационное.
Как вы насчет этого?
— Я вас понял, — подумав, ответил Дю Руа.
— Наши колонии в Африке — это Алжир посредине, Тунис справа и Марокко слева; так вот я вам дам статью, в которой постараюсь осветить политическую обстановку в этих наших владениях, изложить историю племен, населяющих эту обширную территорию, и описать поход к марокканской границе, вплоть до огромного оазиса Фигиг, где еще не ступала нога европейца, а ведь он-то и явился причиной нынешнего конфликта.
Это вам подходит?
— Как нельзя лучше! — воскликнул старик Вальтер.
— Ну, а заглавие?
— «От Туниса до Танжера».
— Превосходно.
Дю Руа пошел искать в комплекте «Французской жизни» свою первую статью «Воспоминания африканского стрелка», — ей только надо было дать другое название, кое-что изменить и подправить, а так она вся целиком могла сослужить службу, ибо в ней говорилось и о колониальной политике, и о населении Алжира, и о походе в провинцию Оран.
В три четверти часа статейка была переделана, подштопана, приведена в надлежащий вид, подновлена и сдобрена похвалами по адресу нового кабинета.
— Чудесно, чудесно, чудесно, — прочитав статью, заметил издатель.
— Вы золото.
Очень вам благодарен.
К обеду Дю Руа, в восторге от проведенного дня, вернулся домой; неудача в церкви его не смущала: он чувствовал, что выиграл партию.
Мадлена ждала его с нетерпением.
Когда он вошел, первыми ее словами были:
— Тебе известно, что Ларош — министр иностранных дел?
— Да, в связи с этим я уже дал статью об Алжире.