Можно себе представить, каким ярким событием явится этот обед в бесцветной жизни девушки; а от ее искреннего восхищения его триумф и удовольствие станут еще хладостней.
— По моему, — сказал он серьезно, — вашей ноге требуется более длительный отдых, чем вы полагаете.
И я хочу подсказать вам, как можно помочь ей и, вместе с тем, сделать мне одолжение.
Когда вы появились из-за угла, я как раз собирался пообедать в печальном одиночестве.
Пойдемте со мной, посидим в уютной обстановке, пообедаем, поболтаем, а за это время боль в ноге утихнет и вы, я уверен, легко дойдете до дому.
Девушка сбросила быстрый взгляд на открытое и приятное лицо Чендлера.
В глазах у нее сверкнул огонек, затем она мило улыбнулась.
— Но мы не знакомы а так ведь, кажется, не полагается, — в нерешительности проговорила она.
— В этом нет ничего плохого, — сказал он простодушно.
— Я сам вам представлюсь… разрешите… Мистер Тауэрс Чендлер.
После обеда, который я постараюсь сделать для вас как можно приятнее, я распрощаюсь с вами или провожу вас до вашего дома, — как вам будет угодно.
— Да, но в таком платье и в этой шляпке! — проговорила девушка, взглянув на безупречный костюм Чендлера.
— Это не важно, — радостно сказал Чендлер.
— Право, вы более очаровательны в вашем народе, чем любая из дам, которые там будут в самых изысканных вечерних туалетах.
— Нога еще побаливает, — призналась девушка, сделав неуверенный шаг.
— По- видимому, мне придется принять ваше приглашение.
Вы можете называть меня… мисс Мэриан.
— Идемте же, мисс Мэриан, — весело, но с изысканной вежливостью сказал молодой архитектор. — Вам не придется идти далеко.
Тут поблизости есть вполне приличный и очень хороший ресторан.
Обопритесь на мою руку, вот так… и пошли, не торопясь.
Скучно обедать одному.
Я даже немножко рад, что вы поскользнулись.
Когда их усадили за хорошо сервированный столик и услужливый официант склонился к ним в вопросительной позе, Чендлер почувствовал блаженное состояние, какое испытывал всякий раз во время своих вылазок в светскую жизнь.
Ресторан этот был не так роскошен, как тот, дальше по Бродвею, который он облюбовал себе, но мало в чем уступал ему.
За столиками сидели состоятельного вида посетители, оркестр играл хорошо и не мешал приятной беседе, а кухня и обслуживание были вне всякой критики.
Его спутница, несмотря, на простенькое платье и дешевую шляпку, держалась с достоинством, что придавало особую прелесть природной красоте ее лица и фигуры.
И видно было по ее очаровательному личику, что она смотрит на Чендлера, который был оживлен, но сдержан, смотрит в его веселые и честные синие глаза почти с восхищением.
И вот тут в Тауэрса Чендлера вселилось безумие Манхэттена, бешенство суеты и тщеславия, бацилла хвастовства, чума дешевенького позерства.
Он — на Бродвее, всюду блеск и шик, и зрителей полным-полно.
Он почувствовал себя на сцене и решил в комедии-однодневке сыграть роль богатого светского повесы и гурмана.
Его костюм соответствовал роли, и никакие ангелы-хранители не могли помешать ему исполнить ее.
И он пошел врать мисс Мэриан о клубах и банкетах, гольфе и верховой езде, псарнях и котильонах и поездках за границу и даже намекнул на яхту, которая стоит будто бы у него в Ларчмонте.
Заметив, что его болтовня производит на девушку впечатление, он поддал жару, наплел ей что-то о миллионах и упомянул запросто несколько фамилий, которые обыватель произносит с почтительным вздохом.
Этот час принадлежал ему, и он выжимал из него все, что, по его мнению, было самым лучшим.
И все же раз или два чистое золото ее сердца засияло перед ним сквозь туман самомнения, застлавшего ему глаза.
— Образ жизни, о котором вы говорите, — сказала она, — кажется мне таким пустым и бесцельным.
Неужели в целом свете вы не можете найти для себя работы, которая заинтересовала бы вас?
— Работа?! — воскликнул он. — Дорогая моя мисс Мэриан!
Попытайтесь представить себе, что вам каждый день надо переодеваться к обеду, делать в день по десяти визитов, а на каждом углу полицейские только и ждут, чтобы прыгнуть к вам в машину и потащить вас в участок, если вы чуточку превысите скорость ослиного шага!
Мы, бездельники, и есть самые работящие люди на земле.
Обед был окончен, официант щедро вознагражден, они вышли из ресторана и дошли до того угла, где состоялось их знакомство.
Мисс Мэриан шла теперь совсем хорошо, ее хромота почти не была заметна.
— Благодарю вас за приятно проведенный вечер, — искренне проговорила она.
— Ну, мне надо бежать домой.
Обед мне очень понравился, мистер Чендлер.
Сердечно улыбаясь, он пожал ей руку и сказал что-то насчет своего клуба и партии в бридж.
С минуту он смотрел, как она быстро шла в восточном направлении, затем нанял извозчика и не спеша покатил домой.
У себя, в сырой комнатушке, он сложил свой выходной костюм, предоставив ему отлеживаться шестьдесят девять дней.
Потом сел и задумался.
— Вот это девушка! — проговорил он вслух.