И нет ни преград, ни поворотов на моем железном пути!
Глава XXXVIII. СУМЕРКИ (Старбек стоит, прислонившись спиной к грот-мачте)
- Душа моя покорена, подавлена, и кем? Безумцем!
Как перенести оскорбление? Здравый ум должен был сложить оружие в этой битве!
Он глубоко пробурил и подорвал во мне весь рассудок.
Мне кажется, я вижу его нечестивый конец; но на меня как бы возложено помочь ему добраться до этого конца.
Хотел бы я того или нет, я теперь связан с ним таинственными узами; он ведет меня на буксире, и у меня нет такого ножа, который перерезал бы канат.
Страшный старик!
"Кто надо мной?" - кричит он; да, этот будет демократом со всеми, кто выше, чем он; но посмотрите только, какой деспот он со своими подчиненными!
О, как ясна мне моя жалкая роль - подчиняться, восставая, и, мало того, ненавидеть, испытывая жалость.
Ибо в глазах его вижу я грозовые отсветы такой скорби, которая мне бы спалила всю душу.
А ведь надежда еще не потеряна.
Времени много, а время творит чудеса.
Его ненавистный кит плавает по всей планете, как плавают золотые рыбки в своем стеклянном шаре.
И может быть, вмешательство божие еще расколет в щепы эти святотатственные планы.
Я бы воспрянул духом, когда бы дух мой не был тяжелее свинца.
Кончился завод внутри меня, опустилась гиря-сердце, и нет у меня ключа, чтобы снова поднять ее. (С бака доносится взрыв веселья).
О бог! Плыть с такой командой дикарей, почти не перенявших человеческих черт от смертных своих матерей.
Ублюдки, порожденные свирепой морской пучиной!
Белый Кит для них - их жуткий идол.
Ого, как они беснуются! Какая оргия идет там на носу! а на корме стоит немая тишина!
Думается мне, такова и сама жизнь.
Вперед по сверкающему морю мчится ликующий, зубчатый, веселый нос корабля, но только затем, чтобы влачить за собой мрачного Ахава, который сидит у себя в каюте на корме, вздымающейся над его пенным безжизненным следом и, словно стаей волков, преследуемой рокотанием волн!
Их протяжный вой меня просто за сердце берет.
Довольно, вы, весельчаки! все по местам!
О жизнь! Вот в такой час, когда душа повержена и угнетена познанием, каким питают ее дикие, грубые явления, - в такой час, о жизнь! начинаю я чувствовать в тебе сокровенный ужас! Но он чужд мне! этот ужас вне меня! Я человек, я слаб, но я готов сразиться с тобой, суровое, призрачное завтра!
Поддержите меня, подкрепите, препояшьте меня, о вы, благословенные влияния!
Глава XXXIX. НОЧНАЯ ВАХТА (Стабб на фор-марсе подтягивает брас; про себя)
- Ха! Ха! Ха! Ха! Хм! что это, охрип я, что ли? Я все время думал об этом и вот: ха-ха-ха - все, что я могу по этому поводу сказать.
А почему?
Да потому, что смех - самый разумный и самый легкий ответ на все, что непонятно на этом свете; и будь что будет, а утешение всегда остается, одно безотказное утешение: все предрешено.
Я не слышал толком, что он говорил Старбеку, но на мой неученый взгляд, Старбеку пришлось не лучше, чем мне нынешним вечером.
Ясное дело, старый Могол его тоже обработал.
А ведь я знал, что так и будет, я видел; мне, вроде, откровение было, так что впору хоть пророчества изрекать; как только увидел, какой у него череп, так все и понял.
Ну, так что ж, Стабб, умница Стабб, - это мой титул, - что же с того, Стабб?
В общем-то, дело ясное.
Мне неизвестно толком, чем все это кончится, но что бы там ни было, я иду навстречу концу смеясь.
Как посмотришь, до чего же уморительные все эти будущие ужасы!
Смешно, ей-богу!
Тра-лала! Ха-ха-ха!
Что-то поделывает сейчас дома моя сочная ягодка?
Выплакала свои глазки? Или же угощает винцом возвратившихся из плавания гарпунеров и веселится, что твой вымпел на ветру? Вот и я тоже веселюсь - трала-ла! Ха-ха-ха!
Эх!.. Эх, с веселой душой, ну-ка, выпьем с тобой За радость любви быстролетной, Как вина глоток, как вон тот пузырек, Что в кубке всплывает - и лопнет.
Славный куплет! Кто там зовет меня?
Мистер Старбек?
Слушаюсь, сэр! (в сторону): Он мое начальство, но и над ним, если не ошибаюсь, тоже кое-кто есть. Иду, сэр, вот сейчас только еще разок подтяну - вот и все - иду, сэр!
Глава XL. ПОЛНОЧЬ НА БАКЕ Гарпунеры и матросы. (Поднимается фок, и теперь видна ночная вахта - на баке в самых различных позах стоят, сидят, лежат люди; все хором поют.)
Прощайте, красотки-испанки!
Прощайте, испанки, навсегда!
Капитан дал приказ...